Сарочка, давайте эти бутылки собе...

То, что сейчас происходит в Каире навевает мысль о том, что лет через сорок евреи вернутся в Египет.

- Ну, этого преступника легко было поймать, - рассказывает полицейский журналистам. - Он взломал сейф, вытащил оттуда деньги, выпил бутылку виски, выкурил сигарету и оставил отпечатки пальцев.
- На бутылке?
- Нет, на асфальте.

Раввин: — Евреи, запомните. Есть три самых страшных греха. Первый грех — это злорадство. Если у соседа сдохла корова — не надо радоваться, надо посочувствовать человеку. Второй грех — это уныние. Если у тебя только одна корова, она старая и больная и дает мало молока — не унывай, а радуйся, ведь у кого—то даже такой коровы нет. Голос из толпы: — Ребе, но ведь радоваться, что у кого—то нет коровы — это же злорадство, страшный грех, вы же сами только что сказали. Раввин: — А третий грех — это занудство.

Учитель каждый урок рассказывает нам истории из своей жизни: то его машина сбила, то он в речке чуть не утонул, то он с дерева упал на осколки бутылок.
Какого хера он учитель ОБЖ?

В шабес нельзя носить с собой никаких предметов. Суббота. Набожный еврей переходит улицу. Вдруг на асфальте что—то блеснуло... Золотые часы! Поднимать? Не поднимать? В субботу же ничего нельзя с собой носить. Так что же, пройти мимо? Но разве можно такое выдержать?! И тут вдруг на еврея находит озарение. Наклонившись над часами, он убеждается, что они ещё тикают, и строго говорит: — Уж если вы идёте, то пойдём вместе!

Это произошло в двадцатые годы.
Следователь Шейнин вызвал одного еврея.
Говорит ему:
— Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура.
Еврей подумал и спрашивает:
— Товарищ Шейнин, вы еврей?
— Да, я еврей.
— Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею?
— Говорите.
— Товарищ Шейнин, у меня есть дочь.
Честно говоря, она не Мери Пикфорд.
И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж.
А потом делайте с этими бриллиантами что хотите.
Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит:
— Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею?
— Конечно.
— Так вот. Жених — от нас.

И волки сыты, и овцы целы, и лампа не горит, и врут календари, и вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди, и бутылка рома.

40 лет выводил Моисей евреев из Египта. А тех, что в пустыне отстали, теперь называют арабами.

– Шеф тут рассказывал, как он на крещение в проруби купался.
– Ага, как премию на Новый Год выдать – так он еврей, а как яйца морозить – так сразу православный!

Еврей, вернувшись из путешествия, привез к Новому году подарок семье — роскошную попугаиху. Только сняли покрывало с клетки, а она как закричит: "I wаnt to hаvе sех!" И так целый день. Пошел еврей к раввину.
— Ребе, — говорит, — что делать с птицей? Выгнать жалко, а держать в доме неприлично.
— Отдай ее мне на время, — отвечает раввин. — Я тоже недавно был в путешествии и привез двух попугаев.
Так те у меня целыми днями молятся. Думаю, они смогут повлиять на твою попугаиху.
Принесли птицу в дом к раввину. Сняли покрывало с клетки, попугаиха кричит:
— I wаnt to hаvе sех!
Попугаи перестали молиться. Посмотрели на попугаиху. Потом друг на друга. И один из них тихо произнес:
— Изя, кажется Бог услышал наши молитвы.