Семеновна, а твой вчера моем...

Сырость, леденящая душу, небритые зверские лица вокруг, лживые гортанные выкрики, осклизлые извивающиеся черви, острые металлические крючья, рвущие плоть, руки и одежда, запачканные кровью, полтора десятка трупов под ногами и в конце зловещее пламя в ночи - всё это я увидел своими глазами во время рыбалки с друзьями.

Просыпаешься в раю... В ногах чмокает обнаженная женщина. Слева - холодильники с пивом. Справа - полки с сигаретами. Ангелы поют "Владимирский централ".
Понимаешь: на ночь приютила продавщица из ларька.

— Алло, это такси? — Нет, миша, это не такси, ты уже полгода звонишь мне каждую ночь и спрашиваешь, такси ли это, я устала так жить, откуда у тебя мой новый номер, оставь меня в покое, просто уйди из моей жизни. — Пришлите машину на Кравченко 28, пожалуйста.

Давным-давно к юго-юго-западу от Баден-Бадена жила-была большая-большая и одинокая-одинокая собака чау-чау. Темными-темными ночами она долго-долго и много-много слушала группу Дюран-Дюран... Правда-правда!

Ночь. Жена и муж в постели:
- Дорогой, а давай поиграем в больницу?
- Ты что в детство впала?
- Ты меня совсем не любишь!
- Ладно, что делать?
- Вызывай скорую!
- Алло, скорая, приезжайте и заберите мою Дашу, она с ума сошла!

Звонок в три часа ночи:
– Алло! А Катюшу можно?
– Да, бл*дь, не вопрос: "Расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой"

Первая брачная ночь карлика и великанши.
Он: «Ну, наконец-то!»
Она: «А где конец-то?»

Пошли монашки купаться на озеро. Пришли на берег и увидели обнаженного настоятеля монастыря. Между ног у него они обнаружили незнакомый орган и обратились к нему с вопросом: - Что это, батюшка? - Грехоизмеритель, сестры. Если хотите - покажу вам как он работает. Монашки захотели. Он "показал". Монашки остались очень довольны... Идут они вечером обратно в монастырь и встречают пожилую игуменью. Рассказали ей про грехоизмеритель. Игуменья (обиженно): - А мне сказал, что это божий леденец - я его всю ночь сосала.

Домофон зазвонил в два часа ночи и сказал бодрым юным голосом:
- Доставка суши.
- Спасибо, не ем, - мрачно ответил я.
- А это не вам, а в шестьдесят вторую.
- Вот туда и звоните.
- А там домофон не работает.
- Тогда съешь сам, - разрешил я и отключился.

Какой-то счастливый прапорщик в честь своего народившегося наследника устроил салют под окнами роддома. Ночью! Врачи сказали, что столько женщин за ночь уже давно не рожали...