Сеня, я сказала, шо тебе ДАМ. Н...

Письмо в редакцию музыкальных программ:
- Наш старшина ненавидит Киркорова. Сказал, что если еще раз его услышит, то застрелится! Прошу передать песню Киркорова "Единственная моя", "Зайка моя" и контрольную песню "Шика дам".

20-е годы, Флорида, в шикарный отель входит богато одетая женщина и говорит:
- Здравствуйте, моя фамилия Гриншпун, я бы хотела получить номер в вашем отеле.
Служащий за регистрационной стойкой отвечает:
- К сожалению, у нас нет и в ближайшее время не предвидится свободных номеров.
В это время один из постояльцев отеля сдает ключ, расплачивается и уезжает.
- Вот видите, - говорит дама, - у вас теперь есть по меньшей мере один свободный номер. Я хочу его получить.
В ответ она слышит уже с меньшей вежливостью:
- В нашем отеле евреи номера не получают!
- Но я не еврейка! - восклицает она. - Я крещеная!
- С такой-то фамилией - и не еврейка? - ухмыляется служащий.
- А вы проверьте, - советует дама, - насколько хорошо я разбираюсь в христианской религии.
- Ладно, - говорит служащий, - первый вопрос: где родился Иисус Христос?
- В Вифлееме.
- Верно. А как звали его родителей?
- Мария и Иосиф.
- Тоже правильно! Ну, тогда последний вопрос: почему Мария родила его в хлеву?
- А потому, - ответила раздраженная посетительница, - что такие же идиоты, как ты, не пустили ее в гостиницу!!!

Автобус, полный пожилых дам, останавливается перед дворцом шейха.
- Туристы? - спрашивает шейх секретаря.
- Нет, это приехали ваши тёщи!

Утро. 1 сентября. Общественный транспорт. Две дамы трижды бальзаковского возраста, ведут беседу в салоне автобуса. Одна из них, увидев нарядных школьников, делится с другой:
- Сын моей соседки очень любит 1 сентября, прямо ждет этот день.
Вторая делает вывод:
- Значит он заучка какой-нибудь, ботаник.
Первая, качая головой:
- Нет. Он цветами торгует, у него четыре точки в городе.

Две дамы бальзаковского возраста беседуют о замужестве.
- Мне кажется, - говорит одна, - что замужество напоминает мираж в пустыне: с дворцами, пальмами и верблюдами. Потом исчезает дворец, за ним пальмы, и наконец остаёшься с одним верблюдом.

Белые ночи! Дамы уламывают кавалеров!

В автобусе пожилой, но игриво настроенный француз сидит напротив дамы, которая не скрывает красивые ножки.
- Даю сто франков, мадам, если вы немного приподнимете свою юбочку, - шепчет он.
Дама с улыбкой приподнимает и, получив обещанное, прячет купюру в сумочку и добавляет:
- Еще столько, и я покажу вам то место, где мне вырезали аппендицит...
Мсье тотчас вручает ей еще одну купюру.
- Вот здесь, - говорит дама и показывает в окно на клинику, мимо которой они проезжают.

Вечер, темный переулок, вдали горит фонарь. Пьянеющая дама средних лет пускает пузыри в луже. Проходящий мимо интеллигентный мужик в плаще, шляпе с зонтом—тростью: — Боже мой, женщина, вы же женщина, как вам не стыдно, давайте я вам помогу подняться... Разве может так себя вести женщина... Что могло произойти? Преподнявшись на один локоть дама отвечает: — Слышь, интеллигент, а мож я Снегурочка, а мож я таю...

- Софа, ну, шо тебе было не промолчать? Слово ж – не воробей…
- Ефим! Если я не дам этому воробью вылететь, он будет летать у меня в голове, гадить и клевать мой мозг!

Две дамы:
- Ну, ты представляешь! Мой насмотрелся порнушки и теперь требует от меня извращений!
- Да ты что! И чего же он хочет!?
- Что-что?.. Кофе в постель и массаж!