Сережа, предупреждаю последн...

Говорят, молодёжь нынче пошла не та? Так ведь и бабушки уже не те... Носки не вяжут, пироги не пекут - в Интернете сидят!

Папа с сыном сидят на рыбалке. Ничего не клюет. Папа говорит сыну: — Сынок, мама нам положила вкусные бутерброды с сыром, давай их сюда. Мы их съедим. — Папа, а я их уже съел. Сидят дальше. Не клюет. Проходит часа два. Папа сыну: — Сынок, мама нам положила вкусные пирожки, давай их сюда. Мы их съедим. — Папа, а я их тоже уже съел. Сидят дальше. Вечереет. Не клюет. Папа сыну: — Сынок, давай доедай и червяков и пойдем домой.

Задумайтесь, сколько людей решило бы проблему с лишним весом, если бы у компьютера были педали, и именно от них зависела скорость Интернета.

Маленькую Лизу, глухую на одно ухо, мама ласково называла Моно Лиза.

Мать с сыном-дебилом на пляже.
Сын: - Мама, угадай, а чьи это следы! (показывает на следы на песке)
Мать: - Это, наверно, кошечка пробежала?
Сын: - Нет, мама.
Мать: - Ну, может, собачка пробежала?
Сын: - нет.
Мать: - Ну, значит, воробьишка проскакал?
Сын: - Нет, мама. Это я пиписькой натыкал!

Замечено, что если вместо "твою мать" говорить "Вашу матушку", то атмосфера в коллективе сразу становится гораздо душевнее.

— Стас, я в интернете в чате с такой девчонкой познакомился, ей 17 лет, она юна и непорочна, красива как богиня и жаждет встречи со мной. — А ее случайно не Изольда зовут?
— А ты откуда знаешь?
— Ну, здравствуй, Антуан.

Маленькая девочка говорит:
- Мама, а я теперь знаю, почему некоторые люди сосут палец!
- Доченька, да что же ты такое говоришь?
- Потому что им не покупают Чупа-чупс!

Идет съемка исторического фильма. Недовольный режиссер кричит на актеров:
- Петров... Ну кто так играет султана? Ты же владыка империи! Сорви с нее одежду, возьми ее!
- Курочкина, мать твою! Ну кто так играет наложницу? Ты лежишь, как бревно, а должна двигаться и стонать!
Ассистентка - режиссеру:
- Виктор Иванович, у Сидорова оттопырены штаны!
Режиссер:
- Да пошла ты на хрен со своим Сидоро... Что? Оттопырены штаны?! Сидоров! твою мать... Ну кто так играет евнуха?!

Штирлиц шел по ночному Берлину плотно закутавшиcь в плащ. Моросил мелкий промозглый дождь который так и норовил затечь Штирлицу в левую ноздрю.
Почему в левую? - c досадой думал Штирлиц. В воздухе застыло что-то непонятное, тоскливое и тревожное, похожее на туман. Штирлиц вышел из запоя.
Неожиданно из-за угла бывшего Театра Лилипутов появилиcь три темные фигуры в форме офицеров гестапо. Фигуры окружили Штирлица со всех cторон девятимиллиметровых шмайсеров МР40 с откидным прикладом.
cлепя глаза отблесками уличных фонарей на мокрых cтволах
Повеяло перегаром дешевого гестаповского портвейна, который тут же напомнил Штирлицу его родной перегар и, cоответственно, родину-мать.
- ... мать! - пронеслось в голове у Штирлица.
- ... мать! - отозвалоcь эхо в другой половине головы.
- Sich eine Zigarette anzunden? [Закурить не найдется? ] - спросил старший гестаповец, хриплым от хазергита голосом.
- Seichas vyi u menya zakurite, suki! [Конечно найдется! ] - с надрывом ответил Штирлиц, и быстро, но cо смаком, дал закурить двум немцам.
Третьего в ту ночь ему догнать так и не удалось.