Штирлиц получал больше Мюллера, пот...

Штирлиц отъезжал. Он сел в машину рядом с Кэт и сказал: — Можно трогать. Кэт потрогала и Штирлиц совсем отъехал.

— Штирлиц, — сказал Мюллер, — вы, часом, не еврей? — Ну, да! Мать русская, отец русский, а я почему—то еврей, — обиделся Штирлиц и подумал: — Не сболтнул ли я чего лишнего?

Кате не везло уже 20 лет. Мужчины неоднократно знакомились с ней, гуляли, ходили в кино и даже заходили в гости. Но... Первый визит почему-то всегда оказывался по совместительству и последним. А потом, когда она звонила ему на работу по телефону, было так противно слушать, что, мол, "если это Катя, то меня нет...". Бедная девушка просто не знала, что делать. Макияж, аэробика и занятия вокалом приносили только частичный успех. Мужики клевали на нее всюду - в автобусе, на работе, во время утренней пробежки. Цветы, прогулки, ресторан, даже поездка в Париж... Но первый же визит домой - и все:
"Извини, дорогая, у меня много работы..." Вот и сегодня, глядя, как такой симпатичный Николай Егорович, не сумев раздеться, вспоминает про какие-то срочные переговоры и выскакивает на лестницу в одном ботинке...
Катя бежит за ним, пытается что-то понять, простить, объясниться...
А за ней бегут все ее тридцать три кошки...

Штирлиц сидел на магнитном барабане и меланхолично жевал перфоленту. — Еще 25 метров осталось... — машинально отметил Штирлиц. Жевать перфоленту было невкусно и неудобно, но другого способа уничтожить полученную информацию у Штирлица не было.

В горах Штирлиц встретил небритых туристов с рюкзаками и вместо дороги на Москву показал им дорогу на Лондон. Это была очередная проверка
Мюллера, приходилось кем-то жертвовать...

Радистка Кэт говорит Штирлицу:
- Приходите сегодня вечером, у меня никого не будет дома.
- Странно, - подумал Штирлиц, - зачем мне тогда приходить?

Штирлиц шел с радисткой Кэт по парку. Раздался выстрел, Кэт упала, истекая кровью. Штирлиц насторожился.

Штирлиц вышел из ресторана почти трезвый, только слегка покачиваясь… и тут какая-то св*лочь наступила ему на руку…

После окончательного разгрома фашистской Германии Штирлиц предложил свои услуги англичанам. Не то чтобы он не был патриотом, но слишком уж привык работать сразу на две ставки...

Утром в кабинете у Штирлица зазвонил телефон.
- Русский разведчик Исаев! Четко отрапортовал Штирлиц и подумал, не сболтнул ли чего лишнего.