Штирлиц встал спозар...

Радистка Кэт спустилась в подвал и увидела два зеленых глаза, похотливо горящих в темноте.
– Ой, крыса, – с испугом сказала она.
– Сама ты крыса, – обиделся Штирлиц.

В Третьяковке, от экскурсовода с группой школьников возле легендарного полотна "Богатыри":
- Дети, а что вы видите в поле? Правильно, богатыри. А еще? Кони, деревья, лес на фоне. А о чем нам говорит напряженная поза коня Ильи Муромца? Что враги там.
- А почему враги?
- Ну, понимаете дети, это такая уникальная особенность нашего русского поля - там всегда есть враги.

Одна европейская пара никак не может завести детей.
Всё перепробовали- позы, мази...ничего не помогает.
Узнали что где то в тайге есть знахарь который творит чудеса. Приехали в тайгу, нашли знахаря рассказали о проблеме. Он их долго слушал сначала, а потом и говорит: Вы что мужики Ох.ели!?

Штирлиц шел с радисткой Кэт по парку. Раздался выстрел, Кэт упала, истекая кровью. Штирлиц насторожился.

Штирлиц вышел из ресторана почти трезвый, только слегка покачиваясь… и тут какая-то св*лочь наступила ему на руку…

Женщина приходит в аптеку и спрашивает у фармацевта:
- Скажите, у вас есть мышьяк?
- Простите, а для чего он вам нужен?
- Мужа отравить хочу.
- В таком случае я не могу вам его отпустить.
Тогда женщина лезет в свою сумочку и достает оттуда фотографию, на которой ее муж запечатлен в очень интересной позе со своей любовницей - женой того самого фармацевта!
Взглянув на фотку, фармацевт говорит:
- А, ну раз у вас есть рецепт…

В горах Штирлиц встретил небритых туристов с рюкзаками и вместо дороги на Москву показал им дорогу на Лондон. Это была очередная проверка
Мюллера, приходилось кем-то жертвовать...

— Штирлиц, — сказал Мюллер, — вы, часом, не еврей? — Ну, да! Мать русская, отец русский, а я почему—то еврей, — обиделся Штирлиц и подумал: — Не сболтнул ли я чего лишнего?

- Почему позу «69» называют также позой курильщиков?
- Потому что в то время как женщина курит сигару, мужчина чистит пепельницу.

Радистка Кэт говорит Штирлицу:
- Приходите сегодня вечером, у меня никого не будет дома.
- Странно, - подумал Штирлиц, - зачем мне тогда приходить?