Слушая, Изя! Если ты ещё раз выпу...

Раньше люди жили как-то добрее - по божьим заповедям, в гармоничной любви к ближнему, душу которого время от времени по-доброму очищали на костре инквизиции.

После прихода Гитлера к власти суды Германии остались без работы.
Евреи не подавали иски против евреев, так как не хотели ссориться друг с другом в это суровое время.
Немцы не подавали иски против евреев, чтобы их не заподозрили, что они ведут с ними дела.
Евреи не подавали иски против немцев, так как абсолютно никакого шанса выиграть дело у евреев не было.
А немцы перестали подавать иски против немцев, так как невозможно победить в суде без хорошего адвоката.

Работал я в ординатуре роддома. Сижу в ординаторской и слышу как очередная парочка переговаривается. Она в палате кричит в открытое окно:
– Миша, я родила девочку. Мне сделали кесарево сечение и во время операции еще удалили кисту.
Крик в ответ:
– Как это?! П*зду удалили?

Скоро 1 сентября.
Кто-нибудь подскажет, где есть школа с окнами, шторами, дверьми, лампочками, где стены покрашены, линолеум уложен, и всё это без родительского комитета.
Очень нужна для дочки.

Нашёл старый школьный отцовский дневник, в нём запись: "На уроке биологии с криками: "Лети, птичка - ты свободна!" выкинул чучело дятла в окно".
Ну, теперь понятно, в кого я уродился...

Короткие анекдоты.
1. Повернуть бы время вспать!
2. Сдаюсь. Ты подебил!
3. Просто будь совой!
4. Возвращение блудного побухая.
5. Порхай как бабушка!
6. Русалка утопилась.
7. Ты не ты, когды ты холоден.
8. Он взял ее за жопястье.
9. Больше знаешь, крепче мстишь.
10. Удачного дна!

Самоубийца Роман прыгнул с крыши многоэтажки и со свистом пролетел мимо окна старой девы. Теперь она всем рассказывает, что недавно у неё случился мимолётный роман.

Давно это было.
Возвращаюсь в электричке в училище из уволнения. Вдруг вижу — дружок мой по кличке "Лётчик" сидит, скучает у окна. Присаживаюсь рядом, "Здорово, — говорю, — Лётчик" и замечаю, что он пьян просто в жопу. И вот он мне заплетающимся таким голосом говорит:
— Слушай, а хто ета, ик... сегодня того, ик... дежурный по курсу?
— Капитан Гордиенко, — отвечаю, — И как же ты в таком виде будешь ему докладывать?
— А я ета, ик... чё, такой пьяный? Чё, ик... заметно?
— Лётчик, да ты же просто лыка не вяжешь.
Тут он мне говорит, что он на этом деле попасться никак не может, потому что его лишат увольнения, а в следующий выходной у него какое-то важное мероприятие, и всё такое... И просит меня порепетировать с ним рапорт капитану. И вот начинаем мы репетировать.
— Трищ ктан, — начинает выводить мой бухой друг, — Крсант Ткачнка с гродскова вольненья приыл, ик... Во время, ик... вольненья змечаний не имел, ик... Ну как, нормальна?
— Тьфу, чёрт, — говорю я,- Ты, во-первых, прекрати икать, а во-вторых, не глотай согласные, а то сразу видно, что пьян в дым.
Лётчик сконцентрировался, задержал дыхание и выдал:
— Таварищщщ ка-апита-ан, ка-арсант Ткаченко из гара-адскова-а ува-альнения прибыл. Ва-а время ува-альнения за-амечаний не имел. Пойдёт?
— Нет, — говорю, — видно, что ты гласные нарочито тянешь. Говори спокойно, расслабься...
Короче, до самого Голицыно Лётчик на весь вагон орал слова волшебного заклинания, которое должно было ему помочь избежать сурового воинского наказания за пьянство.
При подходе к дивизиону, Лётчик, набросав в пасть припасённых мятных таблеток, вызвался идти на доклад первым. И ведь пошёл. Я, с замиранием сердца, жду снаружи. Ровно через пол-минуты сияющий Лётчик вываливается из канцелярии и, гнусно хмыкнув, идёт переодеваться. Я ничего не понимаю — ведь то, что он пьян, мог не заметить только слепой и глухой. Захожу на свой доклад, открываю рот и вижу... за столом сидит дежурный капитан Гордиенко... пьяный не в жопу, а просто в две жопы.

В сфере уборки улиц от снега в Петербурге уже который год самой передовой технологией является плюсовая температура.

Американский солдат возвращается с фронта и едет по Англии в поезде. Все сидячие места заняты, только в одном купе сидит англичанка, напротив нее на сидении — собачка, рядом — англичанин. — Леди, разрешите мне присесть! — Вы, американцы, все очень грубые! Вы что, не видите, тут сидит моя собачка! — Но леди, я очень устал, я воевал три месяца на фронте, я хочу сесть! — Вы, американцы, не только очень грубы! Вы еще и надоедливы! — Леди! Я тоже люблю собак, у меня дома их аж две. Давайте я сяду и подержу вашу собачку на руках! — Вы, американцы, не только очень грубы и надоедливы! Вы просто невыносимы! После этих слов американский солдат берет собачку, выкидывает в окно и садится. Леди теряет дар речи. Сидящий рядом англичанин говорит: — Знаете, молодой человек! Я вовсе не согласен с ее определением американцев, но я позволю себе заметить, что вы, американцы, делаете многие вещи не так. Вы ездите не по той стороне проезжей части, держите вилку не в той руке, а сейчас вы выбросили в окно не ту с*ку!