Солнышко, давай помиримся! - Ну у...

- Дорогая, принеси мне пожалуйста пива. Оно там в холодильнике на верхней полке.
- Я тебе что рабыня пиво носить?!
- О, нет, зайчик. Солнышко, как ты могла такое подумать! Просто если не самый любимый на свете человек, так кто же ещe?
- Ну хорошо, котeночек!
Идeт за пивом, возвращается.
- Вот возьми! Я тебя люблю.
- И я тебя люблю!
Жена уходит. Мужик, отпивая пиво:
- Ох уж эти падкие на дешeвую лесть рабы! . .

Иду из больницы, здорова, настроение отличное, все мне улыбаются, солнышко светит, птички поют...
И хоть бы одна падла сказала - БАХИЛЫ сними!

Дарвину на заметку: женятся и выходят замуж зайки, котики и солнышки, а разводятся козлы, козы, овцы и олени.

— Как тебя зовут? — Вечером «хам» и «наглец», по утрам «солнышко» и «зая», днем Василий.

— Перед свадьбой ты мне постоянно говорил, что я для тебя "солнышко", а теперь каждый вечер пропадаешь в пивном баре!
— Ну, что здесь такого? От солнца — жара. От жары — жажда...

Молодая мама с очень маленьким сынишкой едут в автобусе. Автобус проезжает мимо зоопарка. Сынишка, глядя в окно, говорит маме: — Мама, па-а-ак! — Да, сыночка, это зоопарк. — Мама, там зе-е-еи! — Да, мое солнышко, там звери. — Мама, там зя-я-яны! — Да, мой милый, там обезьяны. — Мама, там е%%т!!! Мама, едва сдерживая смех, отвечает: — Да, мой хороший, там верблюд.

- Ну что, дорогой, опять выпил?
- Я немного, милая!
- И вчера немного, и неделю назад, да?
- Ну да, солнышко! А как ты догадалась?
- Так сегодня уже 3 июня, а ты снег у гаража каждый вечер ходишь чистить.

- Как тебя зовут?
- Вечером «хам» и «наглец», по утрам «солнышко» и «зая», днем Василий.

- Абрам, солнышко, а ты меня, своё золотко, любишь?
- Люблю, золотце, люблю...
- А сильно любишь, Абрам?
- Очень, Сарочка, очень.
- Так иди, попробуй меня, своё золотко! Абра-ам!
- Сара, я тебя пробовал уже 583 раза, на большую пробу ты таки не тянешь, моё золотце...

- Что это ты у меня такое на асфальте нарисовал? Солнышко, говоришь? Красиво! А это что? Котёнок? Ну ладно, когда дорисуете домик, обведите, наконец, мелом труп, лейтенант!