Современные мухи перестали погибать...

- Я подарил жене на рождество книгу "Как экономить деньги".
- Ну, и как у нее это получается?
- Говорит, что нормально. Я бросил курить и похудел на шесть кило...

Дневальный по роте сидит на тумбочке и читает интересный детектив. В расположение роты заходит командир полка и не слышит никакой команды. Дневальный, увлеченный чтением, его не замечает. Командир подходит к нему и спрашивает: — Вы дневальный? — Я, — отвечает тот и продолжает читать. — Хорошо устроился! — А вы кто? — не отрываясь от книги. — Командир полка! — Тоже хорошо устроился!

— Новый клип Леди Гаги смотрел?
— Нет, книга лучше.
— Какая книга?
— Любая.

Деревня. Старый бревенчатый дом. У дома весь такой обосранный сортир.
В сортир осторожненько, чтобы не запачкаться, на цыпочках пробирается интеллигентного вида мужик. Кругом кучи дерьма, загажено все. Мужик еле-еле пристроился. Вдруг влетает огромная жирная муха и садится мужику на лоб.
Мужик (возмущенно):
- Тебе что, сесть больше некуда?!!!

Старый одессит читает вслух газету:
- Сомалийские пираты захватили "Московский Университет"...
Вскакивает и бежит к телефону. Жена:
- Сёма, шё такое?
- Сара, надо позвонить нашей Софочке - как у них там в Консерватории?

Паук подал в суд на Всемирную Паутину за нарушение авторских прав.
Впрочем, в качестве компенсации его вполне устроит, если ему будут отдавать всех мух, которых юзеры сгоняют с экранов курсором мыши.

Если человек, который читает много книг — книжный червь, то, получается, тот, который тратит много времени на листание ленты соцсетей — ленточный?

Объявление в газете:
Продам Ниву без пробега, только с завода.
Смотреть в кремле. Дорого. Владимир.

Штирлиц топил буржуйку. На следующий день в газетах появилась заметка о зверском убийстве сотрудницы Гестапо.

После посещения выставки известного художника, журналист оставил в газете замечание, "Выставка могла быть и лучше".
Оскорбленный в лучших чувствах художник потребовал письменного опровержения.
На следующий день в газете появилась заметка журналиста: "Опровержение: выставка могла быть и хуже".
Художник в бешенстве потребовал еще одного опровержения.
На третий день в газете: "Опровержение: Выставка хуже быть не могла".