Современный любитель футбола болеет...

Клуб любителей сарказма ждёт тебя. Только тебя и ждёт.

Наша сборная в очередной раз порадовала болельщиков. На этот раз болельщиков команды Норвегии.

Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Ковчег был сооружен любителем. Профессионалы построили "Титаник".

19 ноября состоялся товарищеский матч по футболу Нидерланды — Колумбия.
Хозяева предоставили траву, гости — разметку. Мяч не пригодился.

В одной футбольной команде вратарь был просто никакой и все время пропускал голы. И вот, однажды перед очередным матчем капитан ему сказал, что если он пропустит больше трех голов, то вся команда его расстреляет (ну это, конечно, шутка была). Матч закончился тем, что команда проиграла со счетом 4:6. Футболисты схватили этого вратаря, отвели в безлюдное место, привязали к дереву и говорят:
- Ну, какое будет твое последнее желание перед расстрелом?
- Хочу, чтобы передо мной поставили стенку!

Летит самолет с парашютистами.
Командир борта говорит штурману:
- Штурман, шел бы ты команду подбодрил.
Штурман, выходит в салон и говорит:
- Лямки яйца не жмут?
Открывает дверь, ссыт в небо, стряхивает, закрывает дверь:
- С небом надо на ТЫ!
Уходит в кабину. Командир:
- Ну что? Взбодрил?
- ДА!!!
- Ну и хорошо, девки в первый раз прыгают!

Мужики! Это работает! Сказал жене: "Дорогая, переключи канал, там начинается твой любимый сериал".
Она ответила: "Не командуй!" и из вредности продолжила смотреть со мной футбол.

Это было настолько давно, что в футбол еще играли летом, а в хоккей зимой.

Мужик дома смотрит по телевизору футбол. Вдруг начинаются мощные глухие удары в пол от соседа снизу. В квартире всё аж трясётся. Потерпев 10 минут, он спускается и звонит в дверь. Открывает потный, запыхавшийся, поддатый сосед в трусах и в майке, на голове – шлем. Увидев знакомого, он радостно восклицает:
- А, сосед! Привет! Заходи! Смотри – какой я батут себе купил!

— Мужики, прикиньте, Гондурас едет на чемпионат мира по футболу, а мы нет! Один из мужиков: — Ну да, я еду летом в Южную Африку с женой и детьми, но зачем обзываться—то?