Люблю наши приметы. Рассыпала соль - к ссоре, разбила тарелку - на счастье, пересолила - влюбилась. Легче во всем видеть какой-то символ, чем признать, что это просто руки из жопы.
- Слушай, а давай мы с тобой начнём всё сначала, забудем всё плохое, что было между нами - обиды, ссоры, непонимание, взаимные упрёки? - Да ты рехнулся, Петрович, в пятый раз забор перекрашивать?!
Идут по улице Ленина еврей, татарин и чукча. Еврей и говорит: - Ленин, несомненно, был евреем, он картавил, носил жилетку, а это еврейские штучки! Татарин возражает: - Ленин жил в Казани, учился в Казани, сидел в Казани, он стопудово татарин! К разговору подключается чукча: - Не, Ленин был чукча, однако! - Чем докажешь? - Однако шибко умный был!
На улице грузин жарит шашлыки и кричит: — Шашлык из барашек! Шашлык из барашек! Его спрашивают: — А из свинины есть? — Слушай, этот барашек при жизни такой свинья был!
На улице грузин жарит шашлыки и кричит: - Шашлык из барашек! Шашлык из барашек! Его спрашивают: - А из свинины есть? - Слушай, этот барашек при жизни такой свинья был!
Девушка пригнала машину в автосервис и говорит механику: - После того, как кто-нибудь поездит со мной в машине, в ней появляется странный неприятный запах. А когда я езжу одна, этого запаха нет. Механик ей: - Что ж, давайте проедемся вместе. Он сел с ней. И она погнала по улицам на дикой скорости. Виляет, бьется о бордюры то с одной стороны дороги, то на другой. Еле разъезжается со встречными, чуть не сбивает прохожих... Вернулись. - Вот! Чувствуете? Опять этот запах! - Чувствую??? Я в нем сижу!
Два еврея крепко повздорили, ссора закончилась вызовом на дуэль. Утром следующего дня один ждёт другого с пистолетом. Проходит полчаса, час, полтора, а второго дуэлянта всё нет. Наконец, появляется посыльный с запиской: - Фима, я задерживаюсь, не жди меня, начинай стрелять.
Житель Бердичева Рабинович приезжает в Одессу и хочет за углом справить малую нужду. К нему подходит милиционер и объясняет, что в Одессе это делать запрещено. Рабинович в отчаянии мечется по улицам - и вдруг видит вывеску еврейского доктора. Он тут же вбегает к нему в кабинет. - Доктор, - вопит он, едва сдерживаясь, - я не могу пописать! Доктор приносит сосуд и говорит: - Сейчас мы возьмём пробу... Погодите, но вы же запросто это делаете! - Конечно, - соглашается Рабинович, - но только когда мне разрешают.