Старшина проводит перекличку солдат...

Родители очень хотели девочку, а родился мальчик. С горя ему дали фамилию Обломов.

В семье Сидоровых мама была неверна папе, а папа маме. Это положение приносило Вовочке немыслимый для пятиклассника доход из-за постоянного совершенствования мальчиком технологии шантажа.

Старшина перед строем:
- Сейчас первый взвод пойдет грузить люминёевые трубы.
Голос из строя:
- Не люминёевые, а алюминиевые.
Старшина:
- А самый умный пойдет грузить чугунёевые трубы!

Боец подбегает к прапорщику:
- Товарищ прапорщик, со склада ящик патронов пропал!
Прапорщик:
- Как пропал? Почему без меня?!!

Перекличка в тюрьме:
- Иванов!
- Я!
- Петров!
- Я!
- Сидоров!
- Я!
- Жириновский!..(пауза) Жириновский!!...(пауза) Я СКАЗАЛ ЖИРИНОВСКИЙ!!!
- я? (тихо так)
- Раньше нужно было молчать, Жириновский.

Перестроечная очередь в магазин. В очереди тощенький интеллигент в очочках. Сквозь очередь проталкивается здоровенный бугай с криками:
– Пропустите инвалида, бл*дь! Да я недоношенный! Я семимесячным родился! Пропустите инвалида!
Интилигент(протирая очочки):
– Товарищи, я думаю, что не ошибусь, выразив общее мнение – послать товарища в п*зду еще на два месяца.

Это произошло в двадцатые годы. Следователь Шейнин вызвал одного еврея.
Говорит ему:
– Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура.
Еврей подумал и спрашивает:
– Товарищ Шейнин, вы еврей?
– Да, я еврей.
– Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Говорите.
– Товарищ Шейнин, у меня есть дочь. Честно говоря, она не Мери Пикфорд.
И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж.
А потом делайте с этими бриллиантами что хотите.
Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит:
– Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Конечно.
– Так вот. Жених – от нас.

На станции метро к полицейскому подбегает пассажир: — Товарищ полицейский, меня ограбили. Карманник кошелек срезал. — Вы его запомнили, особые приметы есть? — А как же! У него порванная кожаная куртка, перелом правой кисти и полуоторванное левое ухо.

Уже почти два часа майор читал новобранцам лекцию об их обязанностях перед Родиной, как вдруг заметил, что рядовой Пеночкин кимарит. — Ну так что, рядовой Пеночкин! — во всю глотку заорал майор, — почему солдат должен быть готовым отдать жизнь за Родину? Рядовой Пеночкин вскочил как ошпаренный, задумался на секунду и ответил: — Вы совершенно правы, товарищ майор. Почему?

— Товарищ прапорщик, а танки летают? — Ты, что, дурак? — А товарищ генерал сказал, что летают. — Летать—то летают, только низенько!