Старый еврей впервые в опере. Дают...

На приёме у психоаналитика:
- Ваша сексуальная ориентация?
- Традиционная!
- Строго традиционная?!
- Абсолютно!
- Ваша самая сокровенная сексуальная фантазия?
- Ну, понимаете, она связана с задницей соседа …
- И …?!?!
- … и!!! его сабвуфером.

– Шеф тут рассказывал, как он на крещение в проруби купался.
– Ага, как премию на Новый Год выдать – так он еврей, а как яйца морозить – так сразу православный!

Водитель "говновозки" спецавтобазы коммунальной службы города Степан Баранкин на вопрос о работе отвечал сдержанно и кратко: представитель спецслужб.

Старый еврей звонит в КГБ:
- Скажите, а правда ли у нас положены льготы ветеранам разведки?
- Разумеется.
- Только советской разведки или любой?

У меня вопрос к тем кто окунаются в проруби на Крещение: Почему вы не делаете ничего в день обрезания Господня?

Когда хохол родился, еврей заплакал и только в наши дни стало ясно почему: хохол тот же еврей, только без денег.

У вождя племени людоедов берут интервью. Журналисты задают массу вопросов. Вождь охотно отвечает, рассказывает...
— Ну, а теперь последний вопрос: скажите, как Вы относитесь к евреям?
— Вы знаете, я считаю антисемитизм глупейшим предрассудком. Евреи абсолютно такие же люди, как и все другие! Я и племени своему это постоянно объясняю. Но не едят!

Летят в самолёте грузин, еврей, чукча и русский. Вдруг вбегает лётчик и говорит:
- Самолёт падает, а парашютов только 4. Взял парашют и прыгнул. Осталось 3. Грузин говорит:
- У меня 20 детей, мне прыгать надо. Осталось 2 парашюта. Еврей:
- Ну, у меня нация самая умная, мне тоже прыгать надо. Остался 1 парашют. Русский говорит:
- Чукча, ты прыгай, а я как самый храбрый погибну.
Чукча отвечает:
- Ну ты, однако, дурак. Прыгай со мной, я еврею рюкзак дал, он умный, что-нибудь придумает…

«Новый еврей» открыл магазин, в котором продаются саксофоны, трубы, барабаны, гробы, ружья и пистолеты. Журналист: — Семен Маркович, ну и как идет торговля таким странным набором товаров? — Отлично! Позавчера мы продали трубу, вчера — ружье, а сегодня — гроб.