Стоят три старых еврея на кладбище ...

Представляем новейшее средство от комаров - пластинки "Раптор".
Берём одну пластинку, кладём её под язык, и всё: комары исчезают. Появляются динозавры, бабочки, медведь и цыгане с портальной пушкой.

Экзамен по анатомии. Профессор спрашивает студента:
- Какова функция musculus cremaster (мышца, поднимаящая яичко)?
- Поднимает яичко.
- А еще?
- Hу, я не уверен... но если яичко зажать дверью, то она еще выпучивает глаза, высовывает язык и заставляет голосовые связки кричать А-а-а-а-а...

Почему на день строителя никто не одевается в форму, не разбивает об голову кирпичи и не купается в цементе?

Пьяный мужик идёт по лесу. Вдруг на него выскакивает олень и сбивает его наземь. Только поднимается — медведь вслед за оленем бежит, сбивает мужика опять и даже не замечая этого, бежит дальше. Мужик в ярости встаёт и видит, как на него набегает большой заяц. Мужик злорадно улыбается... Думает, блин, сейчас отыграюсь... Через секунду оказывается на земле, а заяц убегает. И тут раздаётся голос с небес: — Мужик , а мужик! Ты бы отошёл от карусели!

Илья Муромец:
- Змей Горыныч, чего это ты теперь с одной головой летаешь?
- Кризис, блин! Три башки не прокормить!

Два мужика шли через поле Егор и Иван. Внезапно Егор остановился, увидев козу, застрявшуйю головой в заборе.
- Оп-па! - плотоядно воскликнул он. -Девочке повезло! - У девочки-козочки будет клевая вечеринка!
Егор поспешил к овце, снял штаны и быстренько начал ее тр%%ать.
Окончив свое занятие, Егор натянул штаны, отошел в сторону и кивнул
Ваньке:
- Давай, пацан - теперь твой праздник!
Ванька вздохнул, снял штаны... . и сунул голову в забор...

Лена и Света быстро нашли общий язык. Он оказался у Вани - соседа по лестничной площадке.

Проснувшись утром в субботу, Штирлиц подумал: — Как хорошо вчера с Мюллером и Айсманом в отделе посидели. Вроде и выпили немало, а голова совершенно не болит, да ещё суббота и воскресенье впереди! Голос Копеляна за кадром: — Он и не подозревал, что уже вторник...

Идёт заседание суда. Судья спрашивает:
- Гражданка Сидорова, как же вы могли ударить своего мужа чайником по голове? Неужели вам его было не жалко?
- Жалко, конечно. Он был такой хороший, новенький, блестящий, со свистком.

Штирлиц шел по ночному Берлину плотно закутавшиcь в плащ. Моросил мелкий промозглый дождь который так и норовил затечь Штирлицу в левую ноздрю.
Почему в левую? - c досадой думал Штирлиц. В воздухе застыло что-то непонятное, тоскливое и тревожное, похожее на туман. Штирлиц вышел из запоя.
Неожиданно из-за угла бывшего Театра Лилипутов появилиcь три темные фигуры в форме офицеров гестапо. Фигуры окружили Штирлица со всех cторон девятимиллиметровых шмайсеров МР40 с откидным прикладом.
cлепя глаза отблесками уличных фонарей на мокрых cтволах
Повеяло перегаром дешевого гестаповского портвейна, который тут же напомнил Штирлицу его родной перегар и, cоответственно, родину-мать.
- ... мать! - пронеслось в голове у Штирлица.
- ... мать! - отозвалоcь эхо в другой половине головы.
- Sich eine Zigarette anzunden? [Закурить не найдется? ] - спросил старший гестаповец, хриплым от хазергита голосом.
- Seichas vyi u menya zakurite, suki! [Конечно найдется! ] - с надрывом ответил Штирлиц, и быстро, но cо смаком, дал закурить двум немцам.
Третьего в ту ночь ему догнать так и не удалось.