Существует три агрегатных состояния...

Скандал в семье веганов.
- Ты что такое мне приготовила?!
- Это очень полезный салат с проростками киноа...
- Я тут пашу целый день, чтобы есть какой-то гребаный салат? Я мужик, мне нужны соевые котлеты!

У одного повара, руки были кривые, все из них валилось. Макароны там, колбасу если режет или овощи, все на пол летит. И он ничего никогда не убирал. И вот однажды решил он поджарить лепеху, намазал маслом, да и тоже уронил. Так появилась пицца.

- Так, Сидоров. Объясни педсовету, почему ты украл скелет из кабинета биологии и бросил его в лю в столовой?
- Я хотел, чтобы суп наваристей был!
- Суп-то вкусный получился, я не спорю, но у нас же повара теперь седые!

Акция "Конец света" проплачена производителями соли, мыла, спичек, макарон, и кильки в томатном соусе.

Идет колобок из бани, а навстречу ему лиса:
- Привет лиса!
- Привет, пельмень!

Едут в одном купе негр и еврей. Негр разворачивает газету на иврите и начинает ее внимательнейшим образом читать. Еврей некоторое время в состоянии полной фрустрации все это созерцает и наконец выдает: — Я, конечно, дико извиняюсь, но Вам шо мало, шо Вы негр?

- Мне пожалуйста суп с киноа, ролл с булгуром и смузи детокс.
- Бульон, кашу с хлебом и кисель?
- Да.

Настоящий джентльмен не оставляет после себя грязную посуду: картошку и котлеты он ест прямо со сковородки, а суп - из кастрюли.

Все свои мысли решил записывать в отдельную тетрадь. Первую записал сразу же: «Как давно я не ел грибного супа! ». Дальше дело не пошло.
Через месяц тетрадь попалась ему на глаза, он раскрыл ее, прочитал единственную запись и решил использовать тетрадь для чего-нибудь другого.

Однажды один НКВД-шный полковник написал на Семена Михайловича Буденного донос. Ознакомившись с документом, товарищ Сталин вызвал обоих к себе в кабинет.
— Очень сложный вапрос, таварищи, — сказал он. — Нэ знаю даже, кому вэрить. Давайте сдэлаем так. Ви сыграете в шашки. Кто вииграет – тот и прав.
— Дел-то! – сказал Семен Михайлович.
Вытащил свою боевую шашку и порубал НКВД-шного полковника в лапшу.
— Маладэц! – резюмировал товарищ Сталин.