Смешные анекдоты про Валентина — специально для Вас собрали коллекцию из 114шт.. Читайте, смотрите, листайте дальше и главное лайкайте и комментируйте! Поехали!
Я категорически против эротики и постельных сцен в фильмах, потому что у меня две дочери, 16 и 14 лет, и я хочу, чтобы они росли чистыми и целомудренными. Валентина, 29 лет.
- Хитрая ты баба, Валентина. Но, и я не дурак… Ты меня голыми руками не возьмешь… - Петрович, а сиськами, голыми сиськами? - Сиськами? Сиськами возьмешь…
Валентин Матвеевич! Если Вы вдруг читаете эти строки (а я уверен, что Вы их точно читаете), ОСВОБОДИТЕ пожалуста телефон в офисе. Я с самого утра не могу до Вас дозвониться... С огромным уважением, Михаил.
Выходит Валентин Иванов на поле, подносит к губам свисток... Тут к нему сзади подкрадывается Валерий Газзаев и ласково шепчет в судейское ухо: - Не свисти, денег не будет...
Два друга: - Здорово, как вчера День Валентина провел? - Супер, напился и с твоей женой переспал. - Счастливчик, а я к твоей в очереди два часа простоял...
- Валентина Ивановна, а как так могло получиться, что в Совфеде ничего не знали о прошлых подвигах сенатора-абрека? - Ну, мы же интеллигентные люди. Не можем же мы спрашивать каждого сенатора: «Убивал? А скольких? Воровал? А много? Русский язык мал-мала понимаешь? Молчи-молчи, верю». Ведь это просто бестактно.
Два друга: - Здарова, как вчера день валентина провёл? - Супер, напился и с твоей женой переспал. - Счастливчик, а я к твоей в очереди два часа простоял.
Пришел Вовочка грустный домой и говорит: "Папа, я получил 2". А папа ему отвечает: "Ничего страшного, сынок, ты же ее исправишь!". А грустный Вовочка говорит: "Я бы с удовольствием, но Валентина Ивановна с журнала глаз не спускает!"
Приходит стричься Валентин Петрович Катаев. Он только что вернулся из Италии. Парикмахер спрашивает: — Валентин Петрович! А вы, говорите, были в Италии? — Да. — Ну и как? — Да так. — А Римского Папу видели? — Видел. — Ну и как он? — Папа как Папа. — А как это было? — Вышел Папа, все встали на колени. — А вы? — Я только нагнул голову. — А Папа? — А Папа говорит: "Господин Катаев, какой [ч]удак вас так ужасно постриг?"