Так ты продашь мне свой стар...

Шлемензон давно должен Рабиновичу деньги и не отдаёт.
А Рабинович стесняется напомнить и начинает издалека:
- Как вам эта погода? Холодно, не правда ли?
- Да, просто мороз.
- А помните, какая была жара, когда я вам одолжил деньги?..

Это произошло в двадцатые годы. Следователь Шейнин вызвал одного еврея.
Говорит ему:
– Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура.
Еврей подумал и спрашивает:
– Товарищ Шейнин, вы еврей?
– Да, я еврей.
– Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Говорите.
– Товарищ Шейнин, у меня есть дочь. Честно говоря, она не Мери Пикфорд.
И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж.
А потом делайте с этими бриллиантами что хотите.
Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит:
– Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Конечно.
– Так вот. Жених – от нас.

- Сема, ви посмотрите, что творится! Просто нету слов - бензин опять подорожал!!!
- Слушайте, Моня, а вам какое дело до этого бензина, когда у вас и автомобиля никакого нет?!
- Но зато у меня есть зажигалка!

В больнице многочисленные родственники старого богатого еврея ждут лечащего врача.
- Ну, что, доктор, надежда есть?
- Никакой! Обыкновенная простуда.

Недобросовестный сурдопереводчик целую неделю вместо новостей и прогноза погоды давал объявления о продаже автомобилей...

При таких ценах на бензин, автомобили должны раздавать бесплатно.

Пришла квитанция за газ - цена выросла.
Похоже у Газпрома появилась новая мечта...

Раввин: — Евреи, запомните. Есть три самых страшных греха. Первый грех — это злорадство. Если у соседа сдохла корова — не надо радоваться, надо посочувствовать человеку. Второй грех — это уныние. Если у тебя только одна корова, она старая и больная и дает мало молока — не унывай, а радуйся, ведь у кого—то даже такой коровы нет. Голос из толпы: — Ребе, но ведь радоваться, что у кого—то нет коровы — это же злорадство, страшный грех, вы же сами только что сказали. Раввин: — А третий грех — это занудство.

Сидит почтенный еврей на базаре и торгует дерьмом. Проходят мимо два его знакомых и в ужасе спрашивают:
- Хаим, зачем ты это делаешь?
- А вдруг кому-нибудь понадобится плохой анализ?