Тимошенко призналась, что не дер...

- Лето. Капли дождя печально стучали в окно. Ветер завывал, словно раненый волк. Казалось, это само небо плачет, как малое дитя. В такую погоду так хочется завернуться в тёплый плед…
- Уважаемый, по-моему, вы как-то не так пишете объяснительную по поводу опоздания на работу!

Три девицы под окном пряли поздно вечерком:
- Кабы я была царица, говорит одна девица, то на весь крещенный мир приготовила б я пир.
- Кабы я была царица, говорит ее сестрица, то на весь бы мир одна наткала б я полотна.
- Кабы, Кабы... Мужика бы.

Гиви жалуется своему другу: — Ты знаешь, Вано, мне кажется, что мой "друг" не получает удовольствия в полной мере. Прямо я не знаю, как его удовлетворить. — Не беда, старина, мне кажется, я тебе помогу. Значит, так: перед тем, как ложиться спать, включи блюз, притуши свет, попроси его одеться по экстравагантнее, приоткрой окно и свистни. — Свистнуть? А это зачем? — Как зачем? А как же я узнаю, что ты сделал свою часть работы и пора за дело браться мне?

За окном внезапно завыла ментовская сирена. Какая-то собака подхватила мотив сирены своим истошным и протяжным воем.
"Спелись оборотни", подумал я...

- Он не со зла. У военных просто такой склад мышления.
- Такой склад больше напоминает по размерам подсобку. Причем пустую.

– Что такое палаточный городок в поддержку Тимошенко? – Это «Городок» (Олейников отдыхает), состоящий из палаток номер шесть.

— Говорят, следователи, которые вели дела Тимошенко и Луценко, получили повышение. — В том смысле, что займутся делом Ющенко?

- Что такое запой?
- Это когда вечером 31 декабря ты начинаешь бухать, а на следующее утро подходишь к окну и видишь, что снег уже растаял, деревья позеленели, и пляжный сезон открыт.

Тюремщиков спрашивают: — Правда, что из—за голодовки Тимошенко ее будут принудительно кормить? — Зачем — принудительно? По технологии Гоголя, отработанной еще на хуторе близ Диканьки, вареники будут сами запрыгивать ей в рот.

Сын отца спрашивает:
— Папа, папа! А что такое "критика сверху" и "критика снизу"?
— Сейчас объясню, сынок, — отвечает отец, — Возьми, набери в чашку воды и ступай вниз под окна.
Когда сын спустился, отец кричит из окна:
— Ну, теперь выплесни воду из чашки на меня!
Сын плеснул, но до отца ничего не долетело, а все, что в чашке было на него самого же и угодило.
— Вот! — говорит отец, — Вот это критика снизу. А вот это критика сверху!
И опрокинул на сына ведро воды.