Ты почему до сих пор не женился? ...

Заходит один программист в гости к другому, а тот в ванной коврик для мышки стирает.
Первый его спрашивает:
- Ты чего это делаешь?
- Коврик от мышки стираю.
- А зачем?
- Да хотел себе Винды 2000 поставить, только начал, а мышь вырвало...

Когда мы приехали на место и разбили туристический лагерь, я послал маме очень толковую смс: "Мама, мы разбились".

Волков бояться - в лес не ходить, сказала добрая мама, и вручив девочке тяжелую корзину с пирожками, вытолкнула Красную Шапочку за дверь.

Возвращается королевич Елисей домой весь побитый, покалеченный, в бинтах. Отец ему и говорит: "Я ж тебя не со Змеем Горынычем посылал биться, а за невестой. Все ж тебе объяснил - в пещере гроб хрустальный, там твоя невеста, поцелуешь, она и оживет!"
Елисей: "А что ж ты, батя, не рассказал, как ведут себя зомби, когда их из гроба поднимают!!!"

Когда мы приехали на место и разбили туристический лагерь, я послал маме очень толковую эсэмэску: "Мы разбились".

- Мама, а почему Волк съел бабушку, а не Красную Шапочку?
- Спи давай! Может, ему сухофруктов захотелось!

-Папа, я хочу большую Барби!
-Дочь, я тоже. Мама не разрешает.

Хочу чтобы у меня, как у Оли, было такое чудо, которое моей маме будет отвечать с каменным лицом. Один раз Серега в огороде чего-то с лопатой ковырялся, а теща ходила вокруг и приговаривала: "плохая, мол, земля у вас, говна вам надо, говна в землю". Долго ходила, ему надоело, он так подбоченясь встал, лопату воткнул и говорит - "Срите, мама!"

Тёмная тёмная ночь. По пустынным мрачным переулкам идёт одинокая девушка. Страшный волосатый маньяк, с предвкушением, не спеша бредёт за жертвой. Девушка заходит в "глухой" неосвещённый подъезд. За ней стремительно заходит маньяк:
- Сестрёнка! Как пройти в театр?
- Мы уже пришли. Раздевайтесь. Мои медбратья заждались Вас, главного героя анатомического театра... Донор вы наш,... дорогой...

— Соня, прекрати заниматься ерундой!
Не целуй кота, он таки жопу лижет!
— Ой, мама, не делайте мне умное лицо!
Папа тоже жопу лижет своему начальнику Арону Моисеевичу, ты же его целуешь: