У евреев и мусульман не бывает саль...

В Одессе на вокзале вдоль перрона идет мужик и монотонно бубнит:
— Газеты, журналы, эpoтикa, гороскопы, анекдоты...
Покупатель протягивает мятую гривну:
— Анекдоты, пожалуйста.
Мужик смотрит гривну на свет, прячет ее в широкие армейские галифе и говорит:
— Значит так, слушай сюда — возвращается мужик с командировки...
Покупатель обладавший думает: "Хорошо, что эротику не взял... "

У одесского портного:
- Семён Маркович, Бог за семь дней создал мир, а вы целый месяц шили мне брюки.
- Молодой человек, вы только посмотрите на этот мир… и на эти брюки!

Мойшу вызвали в ОБХСС:
- Откуда у вас деньги на «Волгу» ?
- У меня были «Жигули». Я их продал, одолжил немного и купил «Волгу».
- А где вы взяли деньги на «Жигули»?
- У меня был мотоцикл «ИЖ», я его продал, немного одолжил и…
- А где вы взяли деньги на «ИЖ»?
- А за велосипед я ещё при Сталине отсидел.

Рабинович рассказывает в вагоне бесконечные еврейские анекдоты. Вот он опять начинает: "Идёт Кац...". Сосед по купе просит:
- Пожалуйста, хоть разок не о Каце.
- Хорошо. Жена Каца рожает...
- Но я же просил - не о Каце!
- А вы не перебивайте - ребёнок же не от Каца!

- Вы занимаетесь спортом? - спросил корреспондент у еврея.
- Да, я качаю пресс кашлем и резво бегаю от долгов.

- Этот Рабинович - полный пессимист: у него даже личный доктор есть.
- Ну и что, у меня тоже есть личный стоматолог.
- Да, но у него - личный патологоанатом.

В больнице многочисленные родственники старого богатого еврея ждут лечащего врача.
- Ну, что, доктор, надежда есть?
- Никакой! Обыкновенная простуда.

Три еврея беседуют. — Мне уже шестьдесят лет, но я всё ещё могу выполнять свои супружеские обязанности два—три раза в неделю, — говорит первый и трижды стучит по дереву. — А мне шестьдесят пять, — говорит второй, — но примерно раз в неделю я ещё могу иметь это удовольствие! — и тоже трижды стучит по дереву. Рабинович, которому уже стукнуло семьдесят, вздыхает и говорит: — Постучать по дереву я тоже могу...

Как показало исследование, на циновках больше всего сидят японцы, на диванах - американцы, на нарах - русские, а на чемоданах - евреи.