У подъезда встречаются...

В Москве на площади Свердлова поставили памятник Марксу работы Кербеля. Комментарий армянского радио: — Тройная наглость! Один еврей на площади имени другого еврея ставит памятник третьему еврею!

Абрам пришел поздно вечером к Мойше в гости. Сидят, разговаривают.
Хозяин предлагает:
- Давай свет выключим, мы и так друг друга услышим, и электричество зря жечь не будем.
Мойша согласился.
Через час Мойша собрался уходить. Абрам встал, чтобы включить свет и проводить гостя. Мойша:
- Подожди, Абрам, дай сначала одеться – я штаны снял, чтобы зря не протирать.

Покупатель в магазине у Абрама:
— Скажите, а у вас есть желтая ткань?
Абрам показывает рулон ткани. Покупатель с улыбкой:
— Так это же черная.
Абрам выносит со склада еще два рулона. Покупатель:
— Отличное качество, жаль только, что один рулон красный, а другой синий!!
Абрам:
— Знаете, вот чтобы совсем желтая, таки нет.

Через границу из города чудес Лурда переезжает еврей.
– Есть у вас что нибудь для оплаты пошлины? – спрашивает таможенник.
– Нет.
– А что в этой бутылке?
– Вода из Лурда.
Таможенник открывает бутылку:
– Это же французский коньяк!
– Ну? – удивляется еврей. – Новое чудо!

Встречаются двое знакомых, один у другого спрашивает: — Не знаешь ли, как закончился процесс, где судились еврей с армянином? — Знаю. Прокурору 10 лет дали.

В Америке еврей заходит в бар и обращается к темнокожему бармену:
- Мне виски, понял, ты, черномазый ублюдок?
Бармен, привыкший сохранять спокойствие в любых ситуациях, отвечает:
- Не очень-то это вежливо с вашей стороны. Ведь если бы я к вам так обратился, вы бы, наверное, очень обиделись.
- А мы можем попробовать. Давай, я встану за стойку, а ты как будто клиент.
Еврей встает за стойку, негр подходит к нему и говорит:
- Мне виски, понял, ты, грязный жид?
Еврей:
- А здесь черномазые ублюдки не обслуживаются!

Крупный одесский предприниматель, к своему несчастью, заказал художнику-новатору картину, представляющую переход евреев через Красное море.
Художник долгое время не отзывался, наконец, после неоднократных напоминаний, явился с огромным холстом, покрытым сверху донизу одной и той же краской цвета морской волны.
- Что это такое? - удивился заказчик.
- Красное море.
- А где же войска фараона?
- Утонули.
- Ну, а где, чёрт возьми, евреи?
- Уже прошли.

Жена еврея вернулась с курорта. Он ее спрашивает:
- Сара, ты ездила на море вместе с подругой, почему она загорела, а ты бледная?
- Абрам, так к той уродине кроме загара никто и не приставал...

- Ужас, - говорит Семён Маркович своему другу. - Моя дочь завтра выходит замуж, а я пообещал ей в приданое пять тысяч. Теперь половины приданого не хватает.
- Ну и что? Обычно отдают только половину из обещанного приданого.
- Так этой-то половины и не хватает!

Это произошло в двадцатые годы. Следователь Шейнин вызвал одного еврея.
Говорит ему:
– Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура.
Еврей подумал и спрашивает:
– Товарищ Шейнин, вы еврей?
– Да, я еврей.
– Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Говорите.
– Товарищ Шейнин, у меня есть дочь. Честно говоря, она не Мери Пикфорд.
И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж.
А потом делайте с этими бриллиантами что хотите.
Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит:
– Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Конечно.
– Так вот. Жених – от нас.