Умер старый еврей.Похоронная процес...

Летит экипаж. Тут командир задаёт загадку молодому второму пилоту:
- Я пока пойду посру, а ты подумай, уменьшится ли за это время общий вес самолёта?
Ну молодой сидит, размышляет: "Так как туалетная система закрыта, то говно никуда не денется, а значит, вес останется прежним". Так и доложил командиру. А тот и отвечает:
- Дурак ты, молодой! Конечно уменьшится, ведь пока я ходил, самолёт сжёг топливо... А ты всё о говне думаешь.

Трамп пообещал, что обнародует всю правду про покушение на Кеннеди, вместо той фигни, которую всем впаривали всё время на эту тему. Получается, о том, кто организовал покушение на самого Трампа, мы узнаем ещё через 60 лет. Придётся ждать, интересно же!

Жена мужу:
— Саш, почему ты всё время злишься?
— Да потому, что я Виталик!

— 1943 год. Комиссар с пистолетом в руке кричит "За Родину!", вылезает из окопа. — Его сзади хлопают по заднице. Он, не оборачиваясь: — Не время, душка, отечество в опасности.

Старый еврей проходит мимо входа в здание КГБ и читает табличку: — ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН! — Можно подумать, если бы они написали: — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, здесь таки стояла очередь.

Жена мужу:
- Саш, почему ты все время злишься?
- Да потому, что я - Виталик!

- Слушая, Изя! Если ты ещё раз выпустишь на улицу своего козла, я его убью.
- А в чём дело, Фима? Чем он тебе мешает?
- Он всё время бегает под моими окнами и кричит: "КГБ-е! КГБ-е-е-е!".

Мчится поезд. Вдруг машинист видит, что на путях стоит еврей. Неожиданно поезд сходит с рельс и через поле мчится к лесу. В кабину машиниста врывается испуганный начальник поезда: — Ты чего, с ума сошел? — Понимаете, — объясняет машинист, — еду я, вдруг вижу на путях еврей стоит... — Так и надо ж было давить его! — восклицает начальник поезда. — Я и хотел, а он к лесу побежал!

Бараку Обаме приснился Карл Маркс.
- Я помогу справиться с кризисом. Но у меня есть два условия.
- Какие?
- Первое - собрание моих сочинений должно быть издано на английском тиражом в 100 миллионов экземпляром. Второе - моим именем должна быть названа главная улица в каждом американском городе.
- Это все хорошо, но что делать-то?
- Это уже не ко мне вопрос..
- ?
- Входите, Иосиф Виссарионович!