Уйдя в отставку, генерал Варенников...

- Сначала она говорила, что в постели нет никаких запретов. А потом началось: "С пельменями нельзя! ", "Куда ты арбуз тащишь? "...

1812 год. Бородино. Император Александр наблюдает из-за бруствера за ходом сражения. Вдруг у его ног падает шальное ядро и с шипением начинает крутиться. Перед глазами императора пролетает вся его жизнь…
Появляется Ржевский. Лихо выбрасывает ядро за бруствер, накрывает своим телом царя… Взрыв… Подымаются целые и невредимые, отряхиваясь от земли.
Александр:
— Поручик! Вы мне жизнь спасли, просите чего желаете…
Ржевский:
— Да мне, ваше величество, особо ничего и не надо, вот разве что генерал Иванов свою дочь за меня замуж отдавать не хочет…
Александр, обращаясь к денщикам:
— Живо сюда генерала Иванова!
Иванов перед царем по стойке смирно.
— Генерал! Я предлагаю Вам выдать Вашу дочь за Ржевского…
Иванов:
— Хм, Ваше величество, я бы с радостью, но я генерал, а Ржевский — поручик…
— Вы меня не поняли, генерал, я предлагаю Вам выдать Вашу дочь за генерала от кавалерии Ржевского…
— О… Ваше величество, я бы с радостью, но я граф, а генерал от кавалерии Ржевский — никто…
— Вы меня не поняли, генерал, я предлагаю Вам выдать Вашу дочь за КНЯЗЯ Ржевского…
— О… Ваше величество, я бы с радостью, но я вхож ко двору Вашего величества, а князь Ржевский…
— Вы меня не поняли, генерал, я предлагаю Вам выдать Вашу дочь за МОЕГО ДРУГА Ржевского…
Ржевский, до этого момента скромно стоящий в стороне, подходит к Александру, берет его под руку и говорит ему:
— Шура! Да пошел он! Что мы, себе баб не найдем?!

- Агенты покинули базу.
- Что?
- Мясо выпало из пельменя.
- Что???
- Родители свалили на дачу, дура ты...!!!

Поезд дальнего следования. Зима. Сибирь. В тёплом купе едет генерал из очередной проверки со своей свитой — пара полковников и майор. В купе натоплено — вышли в холодный тамбур — покурить. Поезд останавливается, выбегает проводница — "Мущщины отойдите, полминуты стоим не мешайте высадке... ", — открывает дверь... За дверью — вьюга, полустанка за метелью не видно... Фонарь одинокий мотыляется на ветру... Выскакивает в тамбур какой-то капитан с чемоданом, кидает чемодан наружу и собирается прыгать следом.
Генерал:
— Серёга? ТЫ?
Капитан, оборачиваясь:
— Колян, [дол]бать-колотить, ты-то как здесь?
— Да я вот с проверки еду, а ты-то как...?
— А сюда служить приехал, извини — поезд трогается, увидимся.
Поезд отъезжает, генерал молча курит, свита молчит...
Майор:
— Товарищ генерал, а... это кто был, простите.
Генерал:
— Да это — Серёга, в училище вместе поступали. Лучшими друзьями там были. Койки рядом стояли. От патруля меня спас однажды — на себя всё взял. Тыщу лет не виделись, а вот — свела же судьба...
Майор:
— А как же так? Вы — уже генерал, а он — капитан до сих пор?
Генерал:
— Да вот как вам объяснить? — Достаёт из кармана коробок спичек, трясёт над ухом у офицеров... Спрашивает у полковника: — Слышишь — море шумит? — Так точно, товарищ генерал.
Спрашивает у второго полковника: — Слышишь — ракушки друг об друга скрипят? — Так точно, товарищ генерал, слышу.
Спрашивает у майора: — Слышишь — русалки поют? — Так точно, товарищ генерал, слышу отчётливо, даже слова разобрать могу...
— Вот. А Серёга — них[рена] не слышит.

Пришёл с отцом в супермаркет. Стою выбираю замороженные пельмени. На одной пачке надпись "мясосодержащая начинка категории Г" на другой "категории Д". Подходит отец, и так с высоты жизненного опыта заявляет: "Не стоит искать разницу между говном и дерьмом".

Если варить пельмени 20 минут, то это всё еще пельмени, если 40 минут, то это макароны по-флотски, а если 60 минут и посыпать сыром, то уже лазанья.

Генерал:
— Ну что там, товарищи офицеры, продвигается дело о найденных 124-х миллионах долларов в мешках?
Офицеры:
— Так точно, товарищ генерал, 110 миллионов найдены, описаны и переданы как вещественное доказательство.
Генерал:
— Хорошо-хорошо, а товарищи прокуроры что скажут об этих 89-ти миллионах?
Прокурор:
— Ну, 63 миллиона тянут на особо крупный размер, да, товарищ судья?
Судья:
— С чего вы взяли, что 46 миллионов — это крупный размер? Даже адвокат настаивает на домашнем аресте.
Адвокат:
— Ну конечно! У нас до 37 миллионов — можно и под залог выйти. Тут как следователи решат.
Следователь:
— Вот мы еще из-за каких-то 4-х миллионов дело открывать будем! Пусть проходит как свидетель!
Свидетель:
— Да я эти сто тысяч долларов вообще впервые вижу!
Генерал:
— Ну вот и хорошо.

Генерал:
- Ну что там, товарищи офицеры, продвигается дело о найденных 124-х миллионах долларов в мешках?
Офицеры:
- Так точно, товарищ генерал, 110 миллионов найдены, описаны и переданы как вещественное доказательство.
Генерал:
- Хорошо-хорошо, а товарищи прокуроры что скажут об этих 89-ти миллионах?
Прокурор:
- Ну, 63 миллиона тянут на особо крупный размер, да, товарищ судья?
Судья:
- С чего вы взяли, что 46 миллионов - это крупный размер? Даже адвокат настаивает на домашнем аресте.
Адвокат:
- Ну конечно! У нас до 37 миллионов - можно и под залог выйти. Тут как следователи решат.
Следователь:
- Вот мы ещё из-за каких-то 4-х миллионов дело открывать будем! Пусть проходит как свидетель!
Свидетель:
- Да я эти сто тысяч долларов вообще впервые вижу!
Генерал:
- Ну вот и хорошо.

Солдат возвращается из самохода. Ему навстречу идёт генерал. Солдат отдаёт ему честь: — Здравия желаю, товарищ майор! Генерал удивлённо говорит: — Какой же я тебе майор, ты видишь, что у меня лампасы, венок из листьев дубовых на кокарде? Солдат облегчённо: — Фу—ты, напугал же меня ты лесник...

Безысходность - это когда у одинокого мужчины аллергия на пельмени.
Всё остальное - пустяки.