В картинной галерее еврей спрашивает генерала (картавя): — Это кто, Сувогов? Генерал (передразнивая): — Да, это Сувогов, Сувогов… Еврей: — Зачем вы мне подражаете? Вы бы лучше ему подражали.
— Рабинович, что я вижу! Вы едите сало? — Ну таки да. — Ну какой же вы тогда еврей, если едите сало? — А давайте спросим так: ну какое же это сало, если его ест еврей?
После прихода Гитлера к власти суды Германии остались без работы. Евреи не подавали иски против евреев, так как не хотели ссориться друг с другом в это суровое время. Немцы не подавали иски против евреев, чтобы их не заподозрили, что они ведут с ними дела. Евреи не подавали иски против немцев, так как абсолютно никакого шанса выиграть дело у евреев не было. А немцы перестали подавать иски против немцев, так как невозможно победить в суде без хорошего адвоката.
У одесского долгожителя спрашивают: - Семён Маркович, а вы верите в приметы? - Смотря в какие. - Ну вот, например, проснулись вы утром, а за окном... - В моём возрасте, деточка, если проснулся утром - это уже хорошая примета...
– Абрам! Я серьезно настроен поговорить о твоих родных! – Ну, таки говори, Мойша. – Я конкретно хочу поговорить о твоей маме! – Ну, таки говори, Мойша! – Абрам! Твою мать! Ты когда-таки вернешь мне долг в двести долларов?!
Едут в одном купе негр и еврей. Негр разворачивает газету на иврите и начинает ее внимательнейшим образом читать. Еврей некоторое время в состоянии полной фрустрации все это созерцает и наконец выдает: — Я, конечно, дико извиняюсь, но Вам шо мало, шо Вы негр?
- Как приятно вас здесь встретить, Семён Маркович! Я вас уже издали узнала. Когда вы подошли поближе, я вначале заволновалась - мне показалось, что это не вы, а ваш брат! Но потом я подумала: нет, это он. А теперь я вижу, что это всё же не вы.
Солдат возвращается из самохода. Ему навстречу идёт генерал. Солдат отдаёт ему честь: — Здравия желаю, товарищ майор! Генерал удивлённо говорит: — Какой же я тебе майор, ты видишь, что у меня лампасы, венок из листьев дубовых на кокарде?! Солдат облегчённо: — Фух... Ну и напугал же ты меня, лесник...