В каюту-люкс на пароходе загля...

- Закатайте повыше рукав, будем делать вакцинацию.
- Ой, а в жопу можно?
- Можно. Но сначала - вакцинация.

Два молодых лейтенанта, механик и штурман, решили поменяться постами на одну вахту. Штурман стоит в машинном отделении, хренеет от рёва дизелей. К нему подбегает матрос:
- Товарищ лейтенант! У правого дизеля греется главный упорный подшипник!
- Прибавить оборотов!
- Товарищ лейтенант, проплавим подшипник - все под суд пойдём...
- Ну, хрен с тобой, пойдём на мостик, с механиком посоветуемся.
Поднимаются в ходовую рубку. Там характерная обстановка, ночь, слабые огоньки подсветки приборов. Над картой склонился механик, сосредоточенно чешущий затылок.
- Товарищ лейтенант, в машине проблема - греется главный упорный подшипник правого дизеля.
- И не мудрено: второй час по суше идём...

Чтобы вас не искусали комары — возьмите половинку лимона, бутылку текилы, солоночку соли и не ходите на улицу.

— Что это за ужасный вой, Холмс, собака Баскервилей?
— Нет, это сэра Генри кормят гречкой...

Придя домой, сразу заподозрил что-то недоброе. За столом сидели теща и жена, на столе - торт "Наполеон", коньяк "Кутузов" и Бородинский хлеб! Видимо, битва будет нешуточная...

- А что такое цвет "электрик"?
- Ну это такой синий с серым отливом.
- Странно, вчера приходил сантехник, а лицо - электрик.

Капитан—матросу: — Матрос Пупырышкин! — Я! — Хотите стать капитаном? — Я, да, конечно! — Отлично! С этой минуты Вы — капитан! — Так.. это ж.... — И кстати — наш корабль тонет... Поэтому Вам как капитану придется покинуть его последним.

Одна женщина проработала 20 лет в Москве на самоварном заводе, но за это время так и не смогла приобрести себе самовар. Отчаявшись, она пишет письмо в ЦК КПСС: “Я проработала уже 20 лет на самоварном заводе, но у меня до сих пор нету самовара”. К ее удивлению через какое—то время приходит ответ: “Уважаемая.....! К сожалению, ЦК не может Вам помочь в приобретении самовара. Но учитывая Ваш стаж работы и Ваши заслуги, мы разрешаем Вам в виде исключения брать с работы по одной детали в день домой и собрать себе самовар самостоятельно.” Через два года женщина снова пишет письмо в ЦК КПСС: “Я в отчаянии. Я все сделала, как вы написали. Я каждый день приносила с работы по одной детали... И что я имею в результате – в моем огороде стоят две ракеты СС20, но у меня все так же до сих пор нету самовара.”

Большой океанский лайнер, весь утопает в роскоши и полон респектабельных пассажиров. Разрезает волны где-то посреди Атлантического океана.
Заходящее солнце, пьянящий морской воздух, все дела. Облокотившись на поручни и позволив себе на 5 минут расслабиться и уйти от мыслей об управлении всей этой махиной, стоит капитан и мечтательно смотрит куда-то вдаль. Внезапно сзади раздается тоненький девичий голосок:
- Извините, сэр, вы капитан этого корабля?
Он оборачивается и видит перед собой прелестное миниатюрное создание лет этак восьми в розовом чепчике и с огромными голубыми глазами. В одной руке девочка держала воздушный шарик, а в другой - мороженое.
- Да, маленькая леди, я капитан.
- А знаете, сэр,- произнесла та, очаровательно улыбаясь,- я вот тут с утра считала спасательные шлюпки и пришла к выводу, что если мы будем тонуть, то на всех мест не хватит. Как минимум половина людей в случае катастрофы окажется за бортом и утонет.
- А.. э.. ымм. А как тебя зовут, девочка?
- Роза.
- Знаешь что, Роза? Да пошла ты на х@й!!

18-й век. Корчма в окрестностях лондонского порта. Старый морской волк
(одноглазый, вместо ноги — деревяшка, вместо руки
— железный крюк) сидит за кружкой пива в окружении слушателей и рассказывает о былых походах.
— Дядя Сильвер, а расскажи как ты ногу потерял.
— Мы шли Карибским морем, вдруг увидели французский фрегат. Капитан решил атаковать. Я навёл носовую пушку и зажёг фитиль. Но французы первыми открыли огонь, и первое же ядро разорвалось рядом со мной. Боцмана убило наповал, а мне ногу оторвало. Вот с тех пор хожу на деревяшке.
— Дядя Сильвер, а расскажи, как руку потерял.
— А, это когда мы шли Средиземным морем. Вдруг видим — турецкий бриг. Капитан скомандовал — на абордаж! Я первым прыгнул на палубу турецкого корабля. Турки дрались отчаянно. Я одного заколол, другого зарубил, забегаю в каюту, а там гарем султана. Остолбенел я от такой красоты. Тут янычар подскочил ко мне и отрубил руку ятаганом. Вот с тех пор у меня вместо руки железный крюк.
— Дядя Сильвер, ну ты герой! А расскажи, где глаз потерял.
— А, да это здесь, возле пивной. Помню, бегу сюда, трубы горят, а тут чайка на лету прямо в глаз мне, зараза, нагадила. А я забыл, блин, что у меня крюк...