Сатурналии. В этот день в Риме рабов наряжали в господские одежды и сажали с собой за стол. А хозяева наблюдали за расслабившимися рабами, кто и как себя ведёт, и делали выводы. - В современном мире для этих целей были придуманы корпоративы.
- Ты телепортируешься в Рим, в 44 год до н.э., в своей обычной одежде. Тебя приводят к Цезарю, который верит, что ты прибыл из будущего, и спрашивает у тебя - как я умру? Что ты ответишь? - Окружённый друзьями.
Сырость, леденящая душу, небритые зверские лица вокруг, лживые гортанные выкрики, осклизлые извивающиеся черви, острые металлические крючья, рвущие плоть, руки и одежда, запачканные кровью, полтора десятка трупов под ногами и в конце зловещее пламя в ночи - всё это я увидел своими глазами во время рыбалки с друзьями.
Холодный, прямой, бесстрастный взгляд. В глазах огромный и тяжёлый жизненный опыт. Небритость мачо и стильная неряшливость в аскетичной одежде. Он не умеет любить, и не умеет ненавидеть. Он знает, чего хочет, и умеет на это заработать. В его крепких мужских руках бутылка с остатками превосходного вина. Бомж Вася - сейчас допьёт и пойдёт сдаст.
В коммунальной квартире жил тихий китаец. Соседи делали ему всяческие гадости: — Подметали мусор под дверь, обрывали пуговицы с пальто на вешалке в коридоре, бросали дохлых мышей в кастрюлю. Наконец, им надоело издеваться, они признались ему во всем и обещали впредь этого не делать. — Оцень холосо! — сказал китаец. — Я тозе болсе не буду пысать вам в цай!
— Ты телепортируешься в Рим, в 44 год до н. э. , в своей обычной одежде. Тебя приводят к Цезарю, который верит, что ты прибыл из будущего, и спрашивает у тебя — как я умру? Что ты ответишь? — Окружённый друзьями.
В вагон метро входит мужчина в форменной одежде и говорит: - Уважаемые пассажиры, извините, что я к вам обращаюсь. Я машинист этого поезда, собираю деньги на открытие дверей на следующей станции...