В палату психбольницы приводят нове...

- Пилот Петров, пилот Петров, выходите на связь! Если вы сейчас меня слышите, качните крыльями!
- Диспетчер, диспетчер, три часа назад я приземлился! Если вы сейчас меня слышите, качните вышкой.

Отправились двое русских и татарин на охоту. Идут, анекдоты по очереди рассказывают. Подошла очередь татарина, он и думает:
- Если про русских буду рассказывать, как бы не пристрелили, что с них взять, оба пьяные!
Подумал еще немного татарин и говорит:
- Значит так, дело было в Сибири. Идут по тайге три негра: Иванов, Петров и Сидоров...

В палату к больному зашла медсестра.
— Скажите, у меня есть надежда?
— Нет. Вы не в моем вкусе.

Ладно, я поняла что вся та тема с ангелом на одном плече и демоном на другом на самом деле для меня не актуальна, у меня с одной стороны вечно ноет тринадцатилетняя девочка-подросток, а с другой стороны бойкая семидесятилетняя бабка агрессивно машет клюкой.

Когда перед взлетом стюардессы синхронными жестами показывают где выходы, на самом деле они используют древние магические пассы, которые заставляют металл левитировать.

- Скажите, я действительно Наполеон?
- Разумеется, сир.
- Значит, завтра будет победа под Аустерлицем?
- Ну конечно, сир. Блистательная победа!
- Но потом будет русский поход, Бородино, пожар Москвы...
- Что поделаешь, сир.
- А потом Ватерлоо, изгнание, остров Святой Елены...
- Увы, сир.
- Ой, я боюсь, что сойду от всего этого с ума! Правда, доктор?
- Ну вам-то, голубчик, это уже не страшно.

Оказывается, в термин "глобальное потепление" вкралась досадная опечатка. На самом деле, имелось ввиду "глобальное потУпление".

Шеф одному из офисных работников: — Петров! У нас сокращение штата, Вы уволены! — Дмитрий Павлович, а мне казалось, что рабов обычно продают...

– Я бы выпил что-нибудь безалкогольное – говорит посетитель официанту.
– Пепси, лимонад, сок, минеральная вода?
– Все равно, – грустно вздыхает посетитель – я в этом деле новичок…

– Доктор, больной из шестой палаты объявил себя Цезарем и рвется громить карфагенян.
– В смирительную рубашку его!
– А из восьмой говорит, что он Дон Жуан…
– А этого – в смирительные штаны!