Вась, джинсы твои но...

«Ох, какие сиськи! Ах, какая жопа!» - подумал Вася, но сказал:
- Ирина, вам идет прическа и туфли к платью в самый раз.

Сидит на дереве ворона с сыром в клюве. Подходит лиса.
Ворона перекладывает сыр подмышку и вопросительно смотрит на лису.
Лиса передразнивает вороньи манипуляции:
- Ой-ой! Ой! Нужен мне твой сыр! Ты знаешь, что завтра в лесу субботник?
- Твою мать!! - хватается за голову ворона.

Вовочка приходит домой с одноклассником и говорит:
- Посмотри, мама, это Миша! Он - необыкновенный мальчик!
- Чем же он такой необыкновенный?
- Он учится хуже, чем я!

Проснулась утром, лежу, жду когда мама завтрак приготовит, а потом вспомнила что мама - это я!!!

Те, кто хотят Сталина, хотят его не для себя, а для соседа...

- Привет, Вовчик! Давненько тебя не видел. Ребята рассказывали, что ты в
профессорском корпусе высотки МГУ на Воробьёвых горах четырёхкомнатную
хату прикупил. Доволен?
- Да как тебе сказать... Район вроде неплохой, зелёный, метро рядом.
Только вот с соседями не повезло - очень шумные попались.
- Да ты что!? Там ведь одни академики и профессора живут.
- Прикинь, я как-то пьяный по привычке в лифте нассал, так они на меня
очень сильно орали...

Муж раньше пришел с работы. Заходит в спальню, а там жена в постели.
- Ты чего разлеглась-то?
- Ой, что-то с сердцем. Сходи в аптеку, купи лекарства!
Муж выходит в другую комнату, а там сын.
- Ты чего тут?
- Да там (кивает на спальню) дядя Боря в шкафу прячется.
Муж возвращается в спальню, открывает шкаф, а там сосед Борис.
- Боря, ты что, офигел? У меня жена при смерти, а ты с сыном в прятки играешь!

Глядя, как он не морщась ест и запивает молоком приготовленную ею гадость, Люся поняла, что Андрей женился на ней по любви.

- Ты уже взрослая, замужем, - а словечки у тебя... Где ты их нахваталась: сатана, дьявол, сволочь!..
- Hо, мама, ведь их Шекспир тоже употребляет...
- Тем более! Замужняя женщина не должна общаться с невоспитанными мужчинами.

Жена ушла жить к соседу. Какое наслаждение теперь по вечерам с холодной бутылкой пива в руке сидеть, прижавшись ухом к стене, и наслаждаться шумом скандала. И думать сладострастно при этом: «А ведь на его месте мог быть я…».