– Я всегда кладу в карман записку с адресом на тот случай, чтобы меня, смертельно пьяного, могли доставить домой, – рассказывает Кац. – И что вы там пишете? – Париж, бульвар Монмартр. – Но вы же живёте в Бердичеве? – Да. Но уже два раза побывал в Париже.
Пьяный в дупель доктор совершает утренний обход: – Ж–ж–жалобы есть? Тишина. Медсестра: – Доктор, но это морг! Доктор снимает белую шапочку: – Ж–ж–жалобы есть?
— Кто вчера из увольнения пьяный пришел? — кричит прапорщик перед выстроенной ротой. Все молчат, отводят глаза. — Кто! Я вас спрашиваю?! Один солдат делает шаг вперед: — Я, товарищ прапорщик... — Пойдешь со мной похмеляться! Остальные напра-во!
В дупель пьяный к концу второй части концерта конферансье подходит к микрофону, вцепляется в него обеими руками и через силу выдает: "Сионист Пердюков. Рак матки в промежности" Потом, видимо на автомате, шевелит бровями, трясет головой и разражается следующей тирадой: "Тю! Что этто я плетю? Пианист Сердюков! Марк Фрадкин. "Про нежность"
Идет по улице пьяный новый русский, держит около уха банан и что-то бормочет. Навстречу попадается приятель и с удивленим спрашивает: - Ты чо это, Вован, в натуре, лепишь? - Н-н-не видишь?! П-п-по м-м-мобиле б-б-б-базарю! - Ну, и как там, в Африке?
Вечеринка. Все напились, разбились по парам и расползлись по углам. Мужик, пьяный в зюзю, страстно пыхтит, тиская партнершу: - Какие плечи, какие бедра, а ноги... где ноги!? Тьфу, опять гитару подсунули.
Пьяные русские тристы в Лондоне, садятся в двухэтажный автобус. Один поднялся наверх и быстро спускается назад. Кричит другу: - Лёха, ты наверх не ходи, там вообще нет водителя!