Владелец небольшого галантерейного ...

Разговор в баре группы американских дедушек:
-«У меня руки так ослабли, что еле кружку держу!»
-«Да, знаю. У меня ваще катаракта, так что не вижу, что и пью!»
-«А я даже шею не могу повернуть! Проклятый артрит!»
-«А у меня давление скачет!»
-«Даа! Старость - не радость!»
-«Да ладно вам, хорошо хоть машину можем еще водить!»

— Евгений Иванович, вот Вы наш начальник, много знаете, разъясните мне, что всё—таки означают демократия, свобода слова. — Как бы тебе объяснить. Понимаешь, Женя, при демократии можешь говорить мне в лицо всё, что ты думаешь обо мне. И тебе за это ничего не будет. Ни премии, ни отпуска, ни квартиры....

Поезд. В купе, где едет монашка, заходит дама в шикарном норковом манто.
Монашка: - Господи! Сколько же стоит такая прелесть?
Дама: - Одна ночь любви... Снимает манто, под ним - ожерелье.
Монашка: - Господи! А сколько стоит такая прелесть?
Дама: - Две ночи любви... Дама снимает перчатки... На пальце - перстень с изумрудом.
Монашка (крестится): - Господи! А сколько же это стоит?
Дама: - Три ночи любви....
Ночь. Келья. Стук в дверь.
Монашка: - Кто там?
- Это я, отец Андре...
- Шли бы вы, отец, со своими карамельками!

Жена встречает мужа на пороге:
- Что, скотина, опять нажрался?
- Галя, ну зачем ты так, мы тут с Колей, симпозиум...
- Что с Колей? Саша, где премия?
- Лёня забрал, мы отметили...
- Опять 25, то Лёня, то Никита! Саша, ну хоть Нобелевскую премию можно было с Колей себе оставить?

Хочу приехать к тебе, как принц: взять тебя за руку, крепко обнять, поцеловать, признаться в любви, забрать тебя с собой!.. Но чёт всё пьянки-гулянки, левые тёлки, в общем, не до тебя пока.

У одного повара, руки были кривые, все из них валилось. Макароны там, колбасу если режет или овощи, все на пол летит. И он ничего никогда не убирал. И вот однажды решил он поджарить лепеху, намазал маслом, да и тоже уронил. Так появилась пицца.

В концлагере фашисты пытали хохла - ничего его не берёт.
Ну и спрашивают у него, что он больше всего на свете не любит.
Тот, недолго думая, отвечает: "Сало". Тогда два фашиста ему руки за спину заламывают, а третий сало в рот пихает. Хохол жевал-жевал, а потом взмолился:
- Товарищи фашисты, вы лучше одын дыржи, а двое пыхайте!..

Еврей несет в руках огромную дыню. В подворотне к нему подходит гопник:
- Мужик, а дынькой не угостишь?
- Ну, если хочешь, то откуси!

Господь Бог и Ной на ковчеге собрали всякой твари по паре, стоят в ожидании и тут Ной говорит: — Что—то долго нет черепахи, может не стоило посылать за ней улитку?

— Рабинович, где вы теперь работаете? — В джазе. — Это с вашим—то слухом? На чём же играете? — На шиле! — Как это? — Дирижёр подаёт мне команду, я втыкаю шило в зад Нюме, он кричит: — Ой!, а хор подхватывает: — Мамбо, Италия!