Восемнадцать лет бывает один раз ...

Уже столько лет прошло, а я опять радуюсь, что не нужно 1 сентября идти в школу!

Первоклассника тащат в школу.
Он во всю упирается и кричит:
– Одиннадцать лет! За что!?

- Так, Вовочка, завтра в школу с родителями.
- Но, Марья Ивановна, сегодня же только 1 сентября!
- А в нашей школе с этого года вводятся превентивные меры!

Родители ведут первоклассника в школу, он хнычет и возмущается:
- Одиннадцать лет! За что?

Портфели первоклассников намекают на то, что они всегда готовы покинуть семью и школу и уйти в новую жизнь.

Мужчина всегда платит женщине за плотскую любовь: пр@ститутке – деньгами, любовнице — вниманием и подарками, жене — всей жизнью.

— Мы ведь с женой 25 лет вместе! В последние годы, каюсь, вёл себя плохо. Работал месяц-два, надоедало. Бросал работу, бухал. Жене внимание не уделял. Но кто же знал, что в этом году у неё сыграет козырная карта — папа! И мигом всё изменилось! Устроился на работу, держусь за место. Не пью. Курить в ноябре бросил! Вес сбрасываю. Отжиматься начал, гирю от пыли отмыл. С женой в театр ходим. Да, да! По выходным к тёще. Это обязательно! Вот уже и мужикам в гаражах сказал, что в этом году 31 декабря никакой пьянки! Вот... Подарю на новый год тёще не набор полотенец для кухни, как обычно, а мультиварку! Просит уж лет 8...
— Погоди, погоди! А папа-то кто у твоей жены?
— Военком...

Молодая красивая монашка садится в такси. Едут, едут, тут она замечает, что водила как-то странно на неё косится. Спрашивает, в чём дело, мол. Водитель:
- Эх! Всю жизнь мечтал с монашкой… поцеловаться хотя бы!
Монашка:
- А ты православный ли? Холостой?
- Само собой!
- Ну ладно, помогу тебе, раз такое дело.
Останавливаются на обочине, начинают страстно целоваться. Тут водитель говорит:
- А ведь я тебе соврал. Женатый я, и к тому же - татарин.
- Эх, брат, так ведь и я не монашка! Лёха я, с маскарада еду!

В 1995 году пятилетний Вовочка нашёл во дворе контрольный пакет акций "Газпрома" и обменял его в соседнем дворе на классный значок с синим рейнджером.
Уже в более сознательном возрасте он повесился.

Едут по пустыне на верблюде монах с монашкой. Верблюд возьми и сдохни. Присели, думают что делать. Делать нечего, ни еды, ни воды. Монашка: — Ну, что же, брат, все равно помирать. Давай хоть тогда представим что мы в раю, разденемся, не будем знать стыда! Монах: — Ну, давай! Разделись. Монашка тычет пальцем монаху в пах: — Брат, хе—хе. А чего это у тебя там такое болтается? — О—о—о, сестра! Это корень жизни! Если я вставлю его в тебя — родится жизнь! — Так какого же хрена мы здесь сидим??? Вставляй верблюду, и поехали!