Вот говорят: мол, нехорошо считать ...

Поставил на звонок телефона гимн РФ. Сижу в очереди, зазвонил телефон, чтобы его достать из заднего кармана пришлось встать. Смотрю следом за мной очередь потихоньку поднимается... Патриоты епт.

Нет денег обновлять свой гардероб - смени работу!
Для нового коллектива все твои старые шмотки - новые.

Прилетает Брежнев в Бонн. У трапа его встречает почетный караул с оркестром. Но Леонид Ильич, ни на что не отвлекаясь, деловито подходит к клумбе, кладет в карман горсть земли, возвращается в самолет и отбывает на родину. После этого советское министерство иностранных дел посылает в Германию следующую ноту: "Приносим извинения за случившееся недоразумение. Вместо программы мира в главу страны была заложена программа Лунохода").

Секрет долголетия - есть вкусно и дома, вставать когда надо, и спать когда можно. А работать не столько за деньги, сколько за удовольствие.

У Олега не было денег, и поэтому стриптизёрше в трусы он просто крикнул СПАСИБО!

Из соображений политкорректности чиновникам рекомендовано в публичных высказываниях заменять слова "улетел отдыхать за границу" на слова "заболел коронавирусом".

Еврей пишет с фронта: — Дорогие родители, у меня все хорошо, служу у Буденного в коннице. Прошу вас прислать денег на лошадь. Здесь все ездят на своих. Ответ: — Письмо твое, сынок, не получили. Поэтому денег не высылаем. Смотри, не попади служить в морфлот, чтобы нам не покупать тебе подводную лодку.

Уважайте людей в очках. Они заплатили деньги, чтобы вас видеть...

Говорят, что Сталин запретил называть послевоенный автомобиль "Родина".
И все чиновники поняли, что Родину продавать нельзя.
А "Победой" - разрешил. И теперь чиновники уверены, что Победой можно торговать.

И говорит хан князю Игорю:
- Даю тебе коня самого лучшего за твою службу мне! Отказывается князь Игорь.
- Даю тебе девушку самую красивую! Служи мне верой и правдой! Отказывается князь Игорь.
- Даю тебе денег, сколько пожелаешь! Будь в моём войске! Отказывается князь Игорь.
- Что же ты хочешь, князь?
- А свободы я хочу, свободы! И при этих словах вся наша камера рыдает.