...Я - дочь офицера ЦРУ. Поверьте, ...

Это произошло в двадцатые годы. Следователь Шейнин вызвал одного еврея.
Говорит ему:
– Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура.
Еврей подумал и спрашивает:
– Товарищ Шейнин, вы еврей?
– Да, я еврей.
– Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Говорите.
– Товарищ Шейнин, у меня есть дочь. Честно говоря, она не Мери Пикфорд.
И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж.
А потом делайте с этими бриллиантами что хотите.
Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит:
– Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею?
– Конечно.
– Так вот. Жених – от нас.

Жена мне: - Вить, помоги последнюю строчку в песне придумать. Я ей: - Давай! Она читает: - Мне тонкой нитью не разбиться, И зов души во мне крича, Когда ты можешь мне присниться ... Придумай дальше. А я и думать не буду, тут же всё просто, ... "тарелка вкусного борща! "

- Рабинович, представляете, мужчину, облившего Порошенко зеленкой, после выхода из отделения полиции пришлось доставить в реанимацию с алкогольным отравлением!
- Ну так там каждый норовил пожать руку, поздравить, обнять, налить...

Попали в огромную яму медведь, волк и лось. Ну, прошло недели две, волк подходит к медведю:
— Слышь, Миша, . . ну, . . такое дело, . . в общем, я думаю так, лось — он же травоядный, а тут в яме травы-то никакой нет, он все равно подохнет скоро, а мы же хищники, глядишь еще недельку-другую протянули бы, давай его сейчас съедим, а то он же подохнет с голоду, мы ж падаль есть не будем...
— Правильно, Волк!
Ну, подходят они к лосю:
— В общем, Лось, такое дело, ты травоядный, а травы тут нету, мы решили с Волком тебя съесть, ты же все равно сдохнешь, а так мы еще поживем.
Лось говорит:
— Да конечно, ребяты! Да я уж и сам хотел к вам подойти!
Да че в самом деле, ешьте меня на здоровье! Я ж действительно помру, а так вы классные пацаны еще поживете! Только, мужики, у меня к вам просьба есть: мне Лосиха говорила, что у меня под хвостом татуировка есть какая-то и что-то там написано, а она у меня малограмотная — читать не умеет, а самому мне ну никак не дотянуться, а уж больно охота узнать что там у меня написано. А тут такое дело, ну хоть перед смертью уважьте меня — прочитайте, а то я так и помру, не узнав.
— Да че там, конечно, прочитаем, для классного пацана не жалко, все сделаем!
Подходят они сзади к лосю, ну, он естесно, на передние ноги встал, задними как даст им обоим. Ну, волка сразу насмерть, а у медведя грудина разворочена, морда вся перевернута в крови, челюсть налево, нос направо — лежит помирает, за морду держится и орет:
— А-а, о-о, а я-то куда полез, я-то куда, я же читать не умею...

Запись учителя в школьном дневнике
Донцовой: "Ваша дочь подготовила доклад по зоологии. Читаю уже восьмой день. Надеюсь, что убийца всe-таки не сбежавший кролик".

Седой офицер ГИБДД сокрушено развел руками:
- Не думал , что доживу до того времени, когда запах спиртового раствора от водителя будет характеризовать здоровый образ жизни…

Голос жены из спальни:
- Где ты, мой принц?
Голос мужа из туалета:
- Тут я, моя принцесса! На белом коне!

Беседуют два врача проктолога.
- Ты знаешь, по-моему у нашего зав.отделением мания величия. Вчера мне так и сказал: "Зайду-ка я вечером в церковь, поставлю Богу свечку."

Жил-был на свете король и была у него красавица дочь. Исполнилось ей 18 лет и объявил король по всему свету, что выдаст свою дочь замуж за того, кто пройдет мимо нее с привязаным к его "хозяйству" колокольчиком и тот не зазвенит.
Первым решился француз. Прошел мимо принцессы, поднял на нее глаза:
"дзинь-дзинь".
Вторым пошел англичанин. Поднял на принцессу глаза: "дзинь-дзинь".
Третьим шел грузин. Посмотрел на принцессу: тишина.
Удивился король. Подходит к грузину и спрашивает:
- Как это ты умудрился?
"Дзинь-дзинь".

Из жизни врачей. Как обычно подвыпивший патологоанатом заходит в гости (в отделение) к своему однокурснику анастезиологу, и между ними состоялся следующий диалог.
Анастезиолог:
— Пойдем, я тебе покажу своих пациентов, они скоро станут твоими.
Патологоанатом:
— Не-е-е, ик. Я твоих пациентов боюсь! Они шевелятся!