— Сема, за что ты вчера так громко ругал своего сына? — Да купил я ему новые ботинки и велел шагать по лестнице через ступеньку, чтобы подошвы меньше стирались! — И что он тебя не послушал? — Этот маленький и жадный еврей начал перешагивать по две ступеньки и порвал штаны!
— Рабинович, что я вижу! Вы едите сало? — Ну таки да. — Ну какой же вы тогда еврей, если едите сало? — А давайте спросим так: ну какое же это сало, если его ест еврей?
Старый еврей проходит мимо входа в здание КГБ и читает табличку: — ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН! — Можно подумать, если бы они написали: — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, здесь таки стояла очередь.
Местный и приезжий евреи стоят у могильной плиты с надписью «Неизвестному еврейскому солдату». Приезжий сокрушается: — Никак нельзя узнать, кто здесь лежит? — Почему нельзя? Все знают, что здесь лежит Хаим Рабинович. — Так причем здесь неизвестный солдат?! — Точно неизвестно, был ли Хаим Рабинович солдатом.
Еврей пишет с фронта: — Дорогие родители, у меня все хорошо, служу у Буденного в коннице. Прошу вас прислать денег на лошадь. Здесь все ездят на своих. Ответ: — Письмо твое, сынок, не получили. Поэтому денег не высылаем. Смотри, не попади служить в морфлот, чтобы нам не покупать тебе подводную лодку.