Я угораю с этой страны!!! Дед Мороз...

Выпила на ночь валерьянки — всю ночь снились поцелуи с каким-то усатым мужиком.
В следующий раз перед приемом валерьянки выкину кота из спальни.

Приходит дед в Детский мир и спрашивает продавца:
- Дочка, а у вас куклы Барби есть? А то внучка всё клянчит...
- Есть. 2100 и 2200.
- Ни х@я себе! Пусть внучка обломается! Я себе лучше живую куклу на час куплю!

Зима, мороз. Воробей замерз и на землю упал. Прошла мимо лошадь и насрала кучу на воробья. Воробышек в тепле отогрелся, зачирикал. Тут пробежал кот, цапнул – и нету воробья.
Мораль: не всяк тот враг, кто тебя обосрал; не всяк тот друг, кто тебя из гавна тащит.

- Дети, кто как понимает пословицу "Глаза боятся, а руки делают"?
Встаёт Танечка:
- Вот нам вчера задали много домашних заданий, но я села и стала делать.
И через час всё сделала!
- Умница, правильно... Ну а ты, Игорек?
- А мы с папой поехали как-то к бабушке копать огород. Я сначала аж испугался, сколько надо было копать. Но мы с папой всё вскопали.
- Молодец! Ну, а ты, Вовочка, какой пример можешь привести?
- А я вчера закрылся в туалете и читал старинную книжку об ужасных последствиях онанизма...

Мальчик пишет письмо Деду Морозу:
- Дорогой Дед Мороз! У меня диабет, поэтому мне нельзя сладкого. Поэтому, пришли мне пожалуйста, ящик полусладкого!
Подпись: Ваня, 9 лет.

По ночам Буратино разговаривал со спичками про инквизицию. Он прекрасно знал, за что сжигали еретиков и ведьм, но он никак не мог понять одного, а за что же сжигали дрова?

Новогодняя ночь. Подвыпивший казак возвращается из гостей, с соседнего хутора. Тропка ведёт через лес... и видит казак в лесу: под кустом, в сугробе, сидят две дивчины, горилку пьют прямо из горла... — Тю! — удивляется он, — скудова вы тута взялись, девчата, в глухомани? Чьи вы будете? — Та ничьи мы, дядько. Хочешь — сбегай за бутылкой — и твои будем! — Не! — шарахнулся казак. — Я ж вас не знаю совсем. Хто такие? — Та ладно тебе, не знаешь... Снегурки мы! Сидим тута, пургу метём!

Поезд. В купе, где едет монашка, заходит дама в шикарном норковом манто.
Монашка: - Господи! Сколько же стоит такая прелесть?
Дама: - Одна ночь любви... Снимает манто, под ним - ожерелье.
Монашка: - Господи! А сколько стоит такая прелесть?
Дама: - Две ночи любви... Дама снимает перчатки... На пальце - перстень с изумрудом.
Монашка (крестится): - Господи! А сколько же это стоит?
Дама: - Три ночи любви....
Ночь. Келья. Стук в дверь.
Монашка: - Кто там?
- Это я, отец Андре...
- Шли бы вы, отец, со своими карамельками!

Два молодых лейтенанта, механик и штурман, решили поменяться постами на одну вахту. Штурман стоит в машинном отделении, хренеет от рёва дизелей. К нему подбегает матрос:
- Товарищ лейтенант! У правого дизеля греется главный упорный подшипник!
- Прибавить оборотов!
- Товарищ лейтенант, проплавим подшипник - все под суд пойдём...
- Ну, хрен с тобой, пойдём на мостик, с механиком посоветуемся.
Поднимаются в ходовую рубку. Там характерная обстановка, ночь, слабые огоньки подсветки приборов. Над картой склонился механик, сосредоточенно чешущий затылок.
- Товарищ лейтенант, в машине проблема - греется главный упорный подшипник правого дизеля.
- И не мудрено: второй час по суше идём...

По ночам Буратино разговаривал со спичками про инквизицию. — Он прекрасно знал, за что сжигали еретиков и ведьм, но он никак не мог понять одного, а за что же сжигали дрова?