— Евгений Иванович, вот Вы наш начальник, много знаете, разъясните мне, что всё—таки означают демократия, свобода слова. — Как бы тебе объяснить. Понимаешь, Женя, при демократии можешь говорить мне в лицо всё, что ты думаешь обо мне. И тебе за это ничего не будет. Ни премии, ни отпуска, ни квартиры....
- Прапорщик Сидоров, я уже в третий раз застаю вас в обществе моей жены без трусов! - Так точно, товарищ полковник. Майор говорит, что их нет на складе.
На стройке бетонная плита срывается со стропил крана, бьет по перекрытию, сносит несущую балку после чего три этажа здания рушатся. Прораб почесал затылок и говорит: - Вот это я понимаю, тетрис.
Вот если бы мировая общественность смогла узнать, когда истекает срок хранения тех или иных партий боеприпасов на американских военных складах, можно было бы предугадать, когда именно США снова озаботятся ситуацией с демократией в разных точках земного шара…
— Прапорщик Сидоров, я уже в третий раз застаю вас в обществе моей жены без трусов! — Так точно, товарищ полковник. Майор говорит, что их нет на складе.
В психушке один пациент решил утопиться. Ему это почти удалось, но тут подоспел другой и спас самоубийцу. Врач вызывает спасителя: - Я считаю, что вы больше не представляете опасности для общества и вас можно выписывать... Жаль только, что пациент, которого вы спасали, в тот же день повесился. - Он не вешался. Это, я вывесил его на просушку.
Гена: – Нам на двоих дали 10 апельсинов: каждому по 8! Чебурашка: – Но ведь не получается каждому по 8! – Не знаю, что у тебя получается, а я свои 8 уже съел!