За слетами юных летчиков, парашютис...

"От нашего стола - вашему столу!" - игриво значилось в записке от хирурга.
Симпатичная патологоанатом рассмеялась и закинула ногу за ногу.

Художники не рисуют, а пишут.
Моряки не плавают, а ходят.
Артисты не играют, а служат.
Короче, одни только лётчики не выпендриваются, а летают.

Деревня. Вечер. На краю деревни на лавке сидят дед и внук. Пролетел самолет, выбросил парашютиста. Дед, покуривая папироску, задумчиво: — Сапер летит. Внук: — Деда, а почему ты думаешь, что это сапер? Дед: — Ну кто ж еще будет на минном поле приземляться.

Лётчики летают, шофёры ездят и только моряки с художниками выпендриваются: первые "ходят", другие "пишут".

Давно это было.
Возвращаюсь в электричке в училище из уволнения. Вдруг вижу — дружок мой по кличке "Лётчик" сидит, скучает у окна. Присаживаюсь рядом, "Здорово, — говорю, — Лётчик" и замечаю, что он пьян просто в жопу. И вот он мне заплетающимся таким голосом говорит:
— Слушай, а хто ета, ик... сегодня того, ик... дежурный по курсу?
— Капитан Гордиенко, — отвечаю, — И как же ты в таком виде будешь ему докладывать?
— А я ета, ик... чё, такой пьяный? Чё, ик... заметно?
— Лётчик, да ты же просто лыка не вяжешь.
Тут он мне говорит, что он на этом деле попасться никак не может, потому что его лишат увольнения, а в следующий выходной у него какое-то важное мероприятие, и всё такое... И просит меня порепетировать с ним рапорт капитану. И вот начинаем мы репетировать.
— Трищ ктан, — начинает выводить мой бухой друг, — Крсант Ткачнка с гродскова вольненья приыл, ик... Во время, ик... вольненья змечаний не имел, ик... Ну как, нормальна?
— Тьфу, чёрт, — говорю я,- Ты, во-первых, прекрати икать, а во-вторых, не глотай согласные, а то сразу видно, что пьян в дым.
Лётчик сконцентрировался, задержал дыхание и выдал:
— Таварищщщ ка-апита-ан, ка-арсант Ткаченко из гара-адскова-а ува-альнения прибыл. Ва-а время ува-альнения за-амечаний не имел. Пойдёт?
— Нет, — говорю, — видно, что ты гласные нарочито тянешь. Говори спокойно, расслабься...
Короче, до самого Голицыно Лётчик на весь вагон орал слова волшебного заклинания, которое должно было ему помочь избежать сурового воинского наказания за пьянство.
При подходе к дивизиону, Лётчик, набросав в пасть припасённых мятных таблеток, вызвался идти на доклад первым. И ведь пошёл. Я, с замиранием сердца, жду снаружи. Ровно через пол-минуты сияющий Лётчик вываливается из канцелярии и, гнусно хмыкнув, идёт переодеваться. Я ничего не понимаю — ведь то, что он пьян, мог не заметить только слепой и глухой. Захожу на свой доклад, открываю рот и вижу... за столом сидит дежурный капитан Гордиенко... пьяный не в жопу, а просто в две жопы.

Девиз танкистов: "Броня крепка и танки наши быстры!"
Девиз летчиков: "Все выше, и выше, и выше..."
Девиз воинов ПВО: "Сами не летаем и другим не даем!"
Шурик.

Шутка парашютистов. Усилие сжатия очка десантника в момент отрыва от самолета достаточно, чтобы перекусить лом. Однако этого усилия иногда не хватает, чтобы обеспечить его герметичность в свободном падении.

«По-моему, это огромная глупость - "работа на дому"... Моя семья не очень-то этому рада... Иннокентий, 41 год, патологоанатом...» 

Один патологоанатом любил пошутить. Выходил из своего кабинета, подходил к больному возле процедурной, читал его диагноз, и с недовольным видом произносил:
- Черт, я же завтра отдохнуть собирался.

- По-моему, это огромная глупость - во время коронавируса работать на дому...
Моя семья не совсем этому рада...
Василий, сорок лет, врач- патологоанатом...