- Женя, когда я вижу, как ты с Леной гуляешь по парку, мне хочется говорить стихами!
- Пушкина?
- Чуковского. "Горилла идет, Крокодила ведет"
- Пушкина?
- Чуковского. "Горилла идет, Крокодила ведет"
- 27.11.2023
- 323 просмотра
Женя, когда я вижу, как ты с Лено...
Может быть интересно
Очень воспитанный мальчик из-за неразделённой любви написал в лифте, что Лена порочна и ветрена.
Добавить комментарий
— Евгений Иванович, вот Вы наш начальник, много знаете, разъясните мне, что всё—таки означают демократия, свобода слова. — Как бы тебе объяснить. Понимаешь, Женя, при демократии можешь говорить мне в лицо всё, что ты думаешь обо мне. И тебе за это ничего не будет. Ни премии, ни отпуска, ни квартиры....
Игорь решил заняться с Леной жаркой любовью и приковал ее к батарее.
Чебурашка говорит крокодилу Гене.
- Давай я возьму чемодан, а ты возьмешь меня!
- Ладно, уговорил, извращенец.
- Давай я возьму чемодан, а ты возьмешь меня!
- Ладно, уговорил, извращенец.
Врачи вынесли жестокий приговор - шизофрения. Но я до сих пор не могу поверить, что этот милый пушистый зверек - лишь плод моего больного воображения.
Из воспоминаний крокодила Гены.
Из воспоминаний крокодила Гены.
Не протолкнуться стало в Ивановском городском парке культуры и отдыха, в котором, по слухам, появился сексуальный маньяк.
Сидят два пьяных мужика. Один говорит второму:
— Чего грустный-то такой?..
— Да вот, сижу и думаю, чего б жене подарить на 8 марта...
— А когда у нее 8 марта?
— Чего грустный-то такой?..
— Да вот, сижу и думаю, чего б жене подарить на 8 марта...
— А когда у нее 8 марта?
Менделеев долго доказывал своей жене, что на первом месте должен стоять водород, а не жена и дети!
Любовь - это когда отдаешь жене последнюю маску, чтобы она сходила в магазин тебе за пивом.
Крокодил Гена и Чебурашка едут в автобусе. На сиденье лежит пирожок, а на пирожке написано: — Кто этот пирожок съест, тот будет вместо "р" говорить "г", Они разделили пирожок и съели его. Выходят из автобуса. Гена говорит: — Чебугашка, ты что будешь есть: — Пигоженное или могоженное? — А мне все говна!