Жизнь полна болезней и слишком коро...

Она:
- Эта ночь будет лучшей в твоей жизни
Я, вспоминая как в детском лагере впервые попробовал алкоголь и всю ночь лежал смотрел на звезды:
- Вряд ли

Не надо усложнять. Жена должна быть мудрая. Дети должны быть похожими на папу с мамой. Работа должна быть по душе. Дом должен быть загородным. Машина должна быть внедорожник. Родина должна быть одна на всю жизнь.

Мужчина всегда платит женщине за плотскую любовь: пр@ститутке – деньгами, любовнице — вниманием и подарками, жене — всей жизнью.

Муж ругается с женой.
Жена:
- Всю жизнь на тебя потратила зря. Ну что ты мне хорошего в жизни сделал - машину купил? За границу свозил? Паршивенький бриллиантик подарил? Хотя бы ремонт в квартире нормальный сделал?
Муж:
- А ты? Что мне хорошего сделала?
Не находя аргументов и посмотрев на кучу детей:
- Ну, дала, несколько раз…

- Милый, что подарить тебе на Новый год?
- Жену в хорошем настроении!

Из жизни. На планерке в летнем лагере. Приводят мальчика, который подглядывал за девушками-вожатыми в душе. С целью, типа, отчитать его...
Ну, директор лагеря задает вопрос:
— Понравилось?
Мальчик в растерянности, через паузу выдает:
— Нет...
Девушки-вожатые, в один голос:
— НЕТ?!

На необитаемом острове очутились три женщины и один мужчина. Во избежание ссор, ревности, скандалов женщины решили мужчину убить и таким образом избавиться от источника возможных раздоров. Сказали ему об этом и пообещали выполнить его последнее желание.
Мужчина подумал немного и произнес всего одну фразу, после которой приговор отменили.
Что же он сказал?
А вот что: "Пусть меня убьет самая некрасивая из вас! "

Люблю наши приметы! Рассыпал соль — к ссоре, разбил тарелку — на счастье, пересолил — влюбился. Легче во всём видеть какой-то символ, чем признать, что у меня просто руки не из того места растут.

Учитель математики пришёл в школу в плохом настроении, спрашивает со злостью в голосе:
- Сидоров, назови двузначное число.
- Девяносто семь.
- А почему не семьдесят девять? Садись, два. А теперь ты Иванов.
- Сорок пять.
- А почему не пятьдесят четыре? Садись, два. А что скажет Рабинович?
- Тридцать три.
- А почему не... Опять ты со своими еврейскими штучками!