Жизнерадостные милицио...

Вовочка сидит в песочнице и что-то лепит. Мент подходит:
– Вовочка! Ты что лепишь?
– Мента леплю.
– У-у! Я т-тебе покажу мента!… А из чего?
– Из гамна.
– Ах ты сопляк! Я тебе покажу – милиционера из гамна лепить! Выбрось сейчас же! Буду идти назад – проверю!…
Идет он назад, а Вовочка опять что-то лепит. Он:
– Ты что там лепишь?!
– Пожарника.
– А-а-а… А из чего?
– Из глины.
– Тю, дурак! Из гамна надо!
– Не могу – из гамна мент получается…

Жена как-то по молодости развлекалась, спрашивая у милиционеров на Невском "как пройти к Большому Театру". Ни один не ответил.

- Почему милиционеру трудно исполнить супружеский долг?
- Потому что он живет по инструкции, а по инструкции положено сначала исполнить два супружеских долга в воздух.

- Москвич, говорите?
- Да, москвич.
- С таким носом и москвич? - недоверчиво спрашивал милиционер, проверяя документы у Буратино.

Идет мент. Видит мальчик что то лепит. Мент спрашивает:
-Что лепиш?
-Милиционера.
-Из чего?
-Из говна.
Мент надавал мальчугану. Идет на следующий день. Та же картина.
Мент спрашивает:
-Что лепиш?
-Пожарного.
-Из чего?
-Из глины.
-А почему не из говна?
-Милиционер получится.....

Морг. На столе — вскрытый труп. У стола — два патологоанатома, третий читает заключение о смерти. Первый, разрезая желудок трупа: — Ух ты! Гречневая каша! С тушенкой! Вася, будешь? — Нет, ребята, я плотненько поужинал. — Ну, как хочешь. Первые двое достают ложки и с аппетитом выскребают содержимое желудка. Когда каша подходит к концу, третий поднимает глаза от заключения о смерти: — М—да—а—а, ребята, похоже, именно от этой каши он копыта и откинул! Первые двое выворачивают кашу обратно в желудок и бегут к аптечке. Третий им вслед, доставая ложку: — Ребята, да я пошутил, инфаркт у него. Просто я подогретое люблю!

Молодая жена звонит матери: — Мам, я в ужасе! У нас тут такая семейная сцена разыгралась! — Спокойно дочка. В каждой семье возникают первые споры, конфликты. — Да это я знаю. А с трупом что делать?

Мужик идет с гусем на поводке по Невскому. Подходит милиционер:
— Здесь с гусями гулять нельзя.
— Это почему?
Милиционер наклоняется и заговорчески шепчет мужику в ухо:
— Они срут!
— А вон голуби все тут обосрали!
— Ну голубь — птица Мира!
— [м]ля клянусь, мой гусь тоже воевать не хочет.

гастроли провинциального театра, последний спектакль, трезвых нет. шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. финал. один цезарь над телом другого. и там такой текст в переводе щепкиной-куперник:
"я должен был увидеть твой закат иль дать тебе своим полюбоваться". то есть один из нас должен был умереть. и артист говорит:
— я должен был увидеть твой... и он текст забыл, надо выкручиваться, по смыслу, а это стихи, проклятье, но он выкрутился! как поэт! он сказал:
— я должен был увидеть твой... конец! и задумчиво спросил:
— иль дать тебе своим полюбоваться?.. и мертвые поползли со сцены