Наша жизнь и разнообразна, и порой ...

Мы пьем зелье за новоселье, за ваше веселье, везенье и жизнь в достатке и мире в этой чудесной квартире. Наберемся же малость за вашу радость!

Я поздравление пишу, Мой милый братик, я тебя люблю! С днем рожденья поздравляю, Быть здоровым пожелаю. Иметь «Феррари» и «Порше», И пару «Джипов» в гараже, Икру ложкой будешь есть, Прислуги столько, что б ни счесть, А так же на Багамах виллу, Счет в банке, яхту. Что, не хило? Все это будет, только верь, В такую жизнь найдешь ты дверь.

Зачатье... Розы... Сон мальца,
Наш отдых. Ласки и болезни...
Жизнь от начала до конца -
Она повсюду с нами вместе.
И кстати может, и некстати,
Впервые я хочу поднять
Тост за семейную кровать!
Чтоб в сотню лет,
Хоть раз в неделю,
Чуть-чуть кровати да скрипели.

Востока мудрость так гласит:
Лишь тот свой возраст победит,
Кто раз в году, собрав друзей,
Нальёт бокалы пополней,
И выпьет он не за года,
Что улетели навсегда,
А выпьет он за каждый год,
Что в будущем к нему прийдет,
И чем полней и чаще пить,
Тем можно больше лет прожить!

Жила—была девушка несравненной красоты, но у нее не было ни мужа, ни жениха. Дело в том, что рядом с ней жил мудрец, и он сказал: — Тот, кто решится поцеловать красавицу — умрет! Все знали, что мудрец никогда не ошибался, поэтому сотни отважных джигитов глядели на девушку издалека, не решаясь даже подойти к ней. И вдруг однажды появился юноша, который с первого взгляда, как и все остальные, влюбился в красавицу. Но он мгновенно перелез через ограду, подошел и поцеловал девушку. — Ах! — вскричали джигиты. — Сейчас он умрет! Но юноша поцеловал девушку еще раз, и еще. И она тут же согласилась выйти за него замуж. — Но как же так?! — воскликнули остальные джигиты. — Ты, мудрец, предрекал, что поцеловавший красавицу — умрет?! — Так и будет, — ответил мудрец. — Но я никогда не говорил, что это случится тотчас. Он умрет когда—нибудь потом, когда после многих лет счастливой жизни придет его срок. Так выпьем за тех, кто умеет внимательно слушать. Даже такие длинные тосты!!!

По свету странствовали два монаха — убеленный сединами старец и юноша. Однажды их путь преградил бурный горный поток. Занятые размышлениями о том, как преодолеть возникшую преграду, они не заметили, как к ним приблизилась женщина: — Добрые люди, помогите мне перебраться на ту сторону реки, там мой дом, мои дети. Юноша сразу отвернулся, накинув капюшон на голову, ибо монашеский обет запрещал не только говорить, но даже смотреть на женщину. А старец, ни слова не говоря, взял ее на руки и перенес на другой берег. Продолжив свое странствование, молодой монах много дней не решался заговорить о происшедшем. И старец нарушил молчание сам: — Тебя что—то гложет, сын мой. Поведай мне свои мысли. — Учитель, Вы же сами мне говорили о суровом монашеском обете. А та женщина... — Полноте, — прервал его старец. — Знай же — я оставил ту женщину там, на берегу, а ты ее несешь в себе до сих пор. Я поднимаю бокал за то, чтобы мы помнили только хорошее и не несли в себе груз обид и разочарований!

Некоторые люди вроде живут — ходят, едят, пьют, спят, даже в бане парятся, а только не живут... ей—богу! Так за то, чтобы жить по—настоящему в этой короткой, короткой, но прекрасной жизни! Жизнь прекрасна, отбросьте сомненья! Пьем за нас и за радость мгновенья!

За здоровье раненых,
За свободу пленных,
За красивых девушек
И за нас, военных!

На экзамене в грузинской автошколе инструктор спрашивает курсанта: — Вот вы едете по узкой горной дороге. Слева стоит старуха, справа — красивая девушка. Кого давить будешь? — Конечно, бабушку! — Дурак! Тормоз давить будешь! Выпьем за то, чтобы при виде красивой девушки у нас не отказывали тормоза!

Милые (имена супругов)! От всего сердца хочется вам пожелать счастливой супружеской жизни! Свейте свое семейное гнездышко уютным и теплым. Пусть это гнездышко чаще посещают аисты, пусть ваше семейство растет не по дням, а по часам! Живите – как два лебедя: лебединой любви, лебединой верности, лебединой песни вам через сто тысяч лет.