Первое правило, которого должен при...

За Новый год поднимем тост
Пусть будет тост предельно прост,
За счастье, дружбу, смех,
Во всех делах большой успех,
За чуткость, нежность, доброту
Семейной жизни теплоту!

Если женщины—медики пьют до потери пульса, а женщины—химики — до потери реакции или до выпадения в осадок, если женщины—математики пьют до бесконечности, то давайте выпьем за женщин—физиков, теряющих всякое сопротивление!

Никто не вспоминает о дружбе, если речь идет о любви. Истинный джентльмен не делается другом женщины, если может стать ее любовником. За истинных джентльменов!

Один грузин рассказывает другу: — Понимаешь! Был у врача, а он мне говорит: "Пить нельзя! Курить нельзя! С женщинами нельзя!" — Бедняга! — сочувствую друг. — Да какой я бедняга? Дал ему денег... он мне все и разрешил! Так давайте же выпьем за богатых людей!

у женщины должно быть четыре зверя: песец на шее, ягуар в гараже, тигр в постели и козел, который за все это платит! Так выпьем же за четырех зверей!

Видит турист, как грузины тащат на жерди медведя. – Ой, это что, гризли, да? – Вах, зачем гризли? Так, руками задавили. Так выпьем же, джигиты, за нас, истинных горцев, которые справятся с любым зверем, даже с работой!

Жила—была девушка несравненной красоты, но у нее не было ни мужа, ни жениха. Дело в том, что рядом с ней жил мудрец, и он сказал: — Тот, кто решится поцеловать красавицу — умрет! Все знали, что мудрец никогда не ошибался, поэтому сотни отважных джигитов глядели на девушку издалека, не решаясь даже подойти к ней. И вдруг однажды появился юноша, который с первого взгляда, как и все остальные, влюбился в красавицу. Но он мгновенно перелез через ограду, подошел и поцеловал девушку. — Ах! — вскричали джигиты. — Сейчас он умрет! Но юноша поцеловал девушку еще раз, и еще. И она тут же согласилась выйти за него замуж. — Но как же так?! — воскликнули остальные джигиты. — Ты, мудрец, предрекал, что поцеловавший красавицу — умрет?! — Так и будет, — ответил мудрец. — Но я никогда не говорил, что это случится тотчас. Он умрет когда—нибудь потом, когда после многих лет счастливой жизни придет его срок. Так выпьем за тех, кто умеет внимательно слушать. Даже такие длинные тосты!!!

Выпивает теплый коллектив грузин, тосты по кругу. Один встает: — Я хачу выпить за нашего Дато. Вот это настоящий мужчина: он может выпить подряд три рога вина и палюбить троих женщин. Второй: — Я хачу выпить за нашего Гоги — вот это настоячий мужчина: он может выпить подряд дэсять рогов вина и палюбить дэсятерых женщин. Встает третий, скорбно глядя в пол: — А я предлагаю выпить за Владимир Ильич Ленин... Я не знаю, сколко он мог выпить вина, и не знаю, мог ли он ваабще палюбить женщин, но толко настоящый мужчина мог так отомстить за смерть своего старшего брата. Так выпьем же за настоящих мужчин.

Женщины, как ромашки, они такие же: Р – романтичные, О – очаровательные, М – молодые, А – ангелочки, Ш – шаловливые, К – красивые, И – изысканные. Выпьем за ромашки, украшающие наш стол!!!

По свету странствовали два монаха — убеленный сединами старец и юноша. Однажды их путь преградил бурный горный поток. Занятые размышлениями о том, как преодолеть возникшую преграду, они не заметили, как к ним приблизилась женщина: — Добрые люди, помогите мне перебраться на ту сторону реки, там мой дом, мои дети. Юноша сразу отвернулся, накинув капюшон на голову, ибо монашеский обет запрещал не только говорить, но даже смотреть на женщину. А старец, ни слова не говоря, взял ее на руки и перенес на другой берег. Продолжив свое странствование, молодой монах много дней не решался заговорить о происшедшем. И старец нарушил молчание сам: — Тебя что—то гложет, сын мой. Поведай мне свои мысли. — Учитель, Вы же сами мне говорили о суровом монашеском обете. А та женщина... — Полноте, — прервал его старец. — Знай же — я оставил ту женщину там, на берегу, а ты ее несешь в себе до сих пор. Я поднимаю бокал за то, чтобы мы помнили только хорошее и не несли в себе груз обид и разочарований!