Будни разведчикаВызвал Гитлер Штирл...

Для нападения на СССР Гитлер разработал не план "Барбароса", как ошибочно считают историки, а план "Барбариса". В основу положен простой принцип конфеты. Сначала быстро разворачиваешь, потом долго сосешь...

Тащит Петька пленного белого казака в штаб. Вдруг у того
из кармана - "пи-пи-пи... пи-пи-пи..." Петька
лезет к нему в карман - а там тамагочи. А белый ему:
- Брат, Митька, помирает... Ухи просит...

- Василий Иванович! Анку током убило!
- Как это произошло?
- Да вот аккумулятор на голову упал...
Ползут по пустыне две черепахи, одна за собой
пулемет тащит. Вдруг видят - впереди караван.
- Василий Иваныч! Давай их обстреляем!
- Нафига, Петька?
- Так просто, поприкалываемся...
- Нафиг! Над Хоттабычем уже поприкалывались!

— Штирлиц, — сказал Мюллер, — вы, часом, не еврей? — Ну, да! Мать русская, отец русский, а я почему—то еврей, — обиделся Штирлиц и подумал: — Не сболтнул ли я чего лишнего?

Василий Иванович и Петька гуляли по городу, и сильно захотелось им обоим в туалет - ну, съели что-то не то. А туалетов-то нигде и не видно, да и люди кругом... Увидели две бочки - и залезли туда. Через какое-то время Петька кричит из своей бочки:
- Василь Иваныч, ты как там?
- Да понос у меня, Петька!
- Ну, ты даёшь: у меня так только по пояс!!!

Петька поймал белогвардейского казака и ведет его под дулом винтовки к своим. Вдруг у казака из кармана выпадает какая-то маленькая финтифлюшка и начинает противно пищать. Петька направляет на всякий случай винтовку на пленного и недоверчиво спрашивает:
- Что это за фигня такая?
- Да то брат Митька помирает...Ухи просит.

Бегут Чапаев с Петькой от белых. Прибежали на реку, Чапаев говорит:
"Петька, ты прячься в воде, а я спрячусь под лодкой."
Ну спрятались. Белые прибежали, поискали поискали, не нашли и ушли.
Петька вылез и решил, что Чапаев умер.
Много лет спустя, после революции:
Пришел Петька с детьми (уже учитель):
"Вот здесь, дети, погиб великий герой Чапаев!"
Вдруг раздается голос из-под лодки: "Петька, белые уже ушли? Можно вылезать?"

- Василий Иваныч! А когда белых разобьем, кого бить станем?
- Дык, красных, Петька!
- А мы тады какие?
- А ты у Фурманова спроси!

Штирлиц наслюнявил карандаш и вывел на бумаге:
- Здравствуй, Оксана!
"Нет,- подумал разведчик,- не так". Он тут же смял бумажку и съел.
- Здравствуй, Юля!
"Опять не то",- подумал Штирлиц, съедая вторую бумажку.
- Здравствуй, Ира!
"Черт, совсем память отшибло - как же ее звали? - Штирлиц съел и эту бумажку.- Ну вот, по крайней мере, теперь я сыт".
- Вы знаете,- сказал Штирлиц связному,- рисковать не будем. Передайте моей жене все на словах. Скажите, мол, я люблю ее, жду-недождусь встречи с ней, ну, и все такое прочее...

Прогуливаясь по парку, Штирлиц заметил в дупле дерева глаза.
- Дятел! - сказал Штирлиц.
- Сам ты дятел! - шепотом произнес Мюллер.