Чай - вообще средство универсальное...

- Ой, мужчина, помогите мне чемодан снять! - Бабушка божий одуванчик показывает на чемодан размером с нее саму.
Я его с грехом пополам вытащил.
- Ой, не мой, кажись.
Запихиваю чемодан обратно.
- Ой, там бантик, значит мой!
Догоняю, стаскиваю чемодан.
- А, не, у меня бантик по другому завязан.
Запихиваю обратно.
- Вон, вон мой едет - указывая на еще больший чемодан.
Мужик рядом:
- Бабуль, давайте я вас к себе фитнес-тренером возьму.

Раз пошла такая пьянка с преклонением колена, то пора уже католикам покаяться перед протестантами за Варфоломеевскую ночь, христианам перед мусульманами за крестовые походы, да и американцам перед японцами за Хиросиму и Нагасаки.

Разговаривают три подруги. Первая:
- У меня муж – просто золото. Что бы ни сломалось, сам всё починит, весело, с улыбкой. Никакой электрик или сантехник не нужен!
Вторая:
- Я вообще таких проблем не знаю! Если что-то сломалось, глазом не успеешь моргнуть, он уже вызвал сантехника, ну, или электрика, заплатил, и всё!
Третья:
- Девочки, а что такое «сантехник»?

- Маша, я вчера была у следователя по поводу кражи моего паспорта! - сказала блондинка подруге.
- Люся, что-нибудь прояснилось?
- Маша поздравь меня, теперь я главный бухгалтер сразу в четырех фирмах!

- Да Люся, да подруга, все мужики как танки, куда смотрит пушка, туда и башня едет!

- Так ты купила то платье, на которое занимала у меня? - спросила женщина подругу.
- Не влезла, с расстройства купила большой торт!
- Так может, угостишь меня чаем с тортиком!
- Весь влез!

У меня самый лучший в мире мужчина! С утра 10 раз поцелует 20 раз обнимет 100 раз скажет «люблю»! Жаль только в садик долго собирается...

Едет мужчина на «Жигулях». Его обгоняет «Москвич», из окна «Москвича» высовывается мужик и орет: — «Москвич» знаешь? — и проносится мимо. Водитель «Жигулей», обидевшись, нажимает на газ. Доезжает до поворота и видит: лежит «Москвич» вверх колесами, а тот мужик кричит ему: — Я же тебя спрашивал: «Москвич» знаешь, как остановить?

Буратино, сделанный по пьянке, был очень нервный, и часто посылал учителей и всю школу на метровый топор Папы Карло.