Что? Пояс верности? Ну ладно... И...

Интервью русской журналистки с Чаком Норисом:
- Вы каратист? Мастер спорта?
- Ну да..
- А какой нужен пояс чтобы суметь отнять у вас деньги?
- Черный.. с черными чулками и мини юбкой...

— Как романтично было в Средние века: пояс верности, замочек любви, напильник надежды.

31 декабря мы все будем звонить своим друзьям из других часовых поясов, где новый год наступает раньше, чтобы они нас успокоили и подтвердили, что 2020-й все же закончился.

Сталин осматривает метеорологическую службу.
Ему докладывает главный метеоролог:
— Товарищ Сталин, за годы Советской власти мы достигли 40% ной верности метеопрогноза!
Сталин отвечает:
— Могу повисить ващю точность до 60 процентов!
Метеорологи в недоумении, но боятся спросить.
Сталин продолжает:
— Нужно ващи прогнозы, товарищи, видавать наоборот, и точность будет 60%!

Чехов: ничто так не красит женщину, как верность.
Бронте: ничто так не красит женщину, как любовь.
Тургенев: ничто так не красит женщину, как скромность.
Толстой: какие к черту женщины, вы посмотрите какой дуб.

— Для меня всегда авторитетом был черный пояс моего отца!
— По каратэ?
— По заднице!

Король отплавляется в поход и надевает на свою жену пояс верности. Шут королю: — На фиг стараешься? Она же у тебя такая страшенная, что никто и не польстится! Король: — Тихо ты, придурок! Вернусь — скажу, что потерял ключ...

Побеждает Прохоров на выборах. С инспекцией в Кремле, критически осматривает уборные.
- Я понимаю, что низкие потолки и кабинки по пояс - это экономия, но зачем писсуару зеркало? На хозяйство свое любоваться?
- Хм, понимаете, тут прежние хозяева обустроили всё под себя... В общем, это на самом деле умывальник.

Немецкому философу Иммануилу Канту задали вопрос: — Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности—брюнетки или блондинки? Не задумываясь, Кант ответил: — Седые!

Сара говорит мужу:
— Вот вспомни фильм «Семнадцать мгновений весны», Штирлиц свою жену не видел 16 лет! Он ей 16 лет верность хранил!
— Ой, Сарочка, да это она так думала…
— Он не мог ее обманывать!
— Ага. Весь Третий Рейх - мог, а ее не мог!