Приходит мужик к урологу: – Доктор, у меня посинел. Врач смотрит и говорит: – Надо ампутировать. Мужик оф*гел и пошел к знахарке. Пришел: – Бабушка, помогите, не хочу, чтобы отрезали. Бабка посмотрела и говорит: – Милок, да у тебя же трусы линяют!
Едут по пустыне на верблюде монах с монашкой. Верблюд возьми и сдохни. Присели, думают что делать. Делать нечего, ни еды, ни воды. Монашка: — Ну, что же, брат, все равно помирать. Давай хоть тогда представим что мы в раю, разденемся, не будем знать стыда! Монах: — Ну, давай! Разделись. Монашка тычет пальцем монаху в пах: — Брат, хе—хе. А чего это у тебя там такое болтается? — О—о—о, сестра! Это корень жизни! Если я вставлю его в тебя — родится жизнь! — Так какого же хрена мы здесь сидим??? Вставляй верблюду, и поехали!
Десять часов делал Доктор Айболит сложнейшую микрохирургическую операцию. - Все! Лети, Маленький Комарик, и больше не ломай свое крылышко! Через минуту хлопает себя по щеке: - Вот тварь неблагодарная!
- Сегодня у меня философское настроение! Во мне происходит внутренняя борьба... - Что за борьба? - Да доктор выписал два лекарства: на одном из побочных эффектов: запор, на другом понос. Жду, кто победит!
- Сегодня пить не буду! У меня философское настроение! Во мне происходит внутренняя борьба... - Что за борьба? - Да доктор выписал два лекарства: на одном из побочных эффектов: запор, на другом понос. Жду, кто победит!
- Доктор, мне кажется, у меня паранойя. - Почему вы так решили? - Вчера я отошел на 5 минут от компьютера в туалет, а когда вернулся - в браузере уже была реклама туалетной бумаги.
- Скажите, я действительно Наполеон? - Разумеется, сир. - Значит, завтра будет победа под Аустерлицем? - Ну конечно, сир. Блистательная победа! - Но потом будет русский поход, Бородино, пожар Москвы... - Что поделаешь, сир. - А потом Ватерлоо, изгнание, остров Святой Елены... - Увы, сир. - Ой, я боюсь, что сойду от всего этого с ума! Правда, доктор? - Ну вам-то, голубчик, это уже не страшно.
Житель Бердичева Рабинович приезжает в Одессу и хочет за углом справить малую нужду. К нему подходит милиционер и объясняет, что в Одессе это делать запрещено. Рабинович в отчаянии мечется по улицам - и вдруг видит вывеску еврейского доктора. Он тут же вбегает к нему в кабинет. - Доктор, - вопит он, едва сдерживаясь, - я не могу пописать! Доктор приносит сосуд и говорит: - Сейчас мы возьмём пробу... Погодите, но вы же запросто это делаете! - Конечно, - соглашается Рабинович, - но только когда мне разрешают.