Единственный африканский олимпиец-...

Амур чистил снайперскую винтовку.
На мускулистых руках под высоко закатанными рукавами пропотевшей линялой рубахи цвета хаки, шевелились жгуты мышц. Уперев приклад винтовки в каблук высокого ботинка, Купидон мерно двигал шомполом. Шшшших. Шшшших.
Святой Валентин с интересом глядел на широченную спину бога любви, мысленно представляя себе, что было бы, если бы в своей работе тот пользовался, например, секирой. Словно почувствовав его взгляд, Амур оглянулся.
- Фух, - сказал он, - жарко сегодня.
- Февраль вроде, - без особого энтузиазма отозвался Валентин, - откуда жара?
Амур заглянул в канал ствола и удовлетворенно сплюнул.
- Февраль, - бормотнул он, - февраль... Работы вагон, вот и жара. По всему миру.
- Ты чего таким старьем пользуешься? - спросил Святой Валентин, разглядывая добела вытертую сталь старенькой “снайперки”. Амур хмыкнул и сдвинул подальше на затылок черный берет со щитом “Wild Geese”.
- А чего? - обиженно сказал он, несколько раз щелкнув затвором. -
Тяжеловата, конечно. Зато надежная. Тульский Мосин, семь шестьдесят два.
Хоть песка в нее насыпь - работает как часы, и хрупких деталей нет, кроме прицела. А возьми какую-нибудь Си-Эф-Ай Лимитед Эдишн АА - хлопот не оберешься...
Валентин поморщился. Он уже успел позабыть, что огнестрельное оружие было для Амура “бзиком”, о винтовках, глушителях и боеприпасах он мог говорить неделями, тем более, что времени у него было хоть отбавляй.
- Или вот Штейр Шарфшутцен Гевер семидесятого года... - доносился до него голос Амура. Валентин поспешно прервал увлекшегося бога любви.
- Лучше бы ты из лука, как в старину, стрелял.
- Из лу-ука... - презрительно протянул Амур. Винтовку он уже оставил в покое, и теперь медленно водил по точильному камню черным лезвием длинного ножа. - Лук, Валя - это прошлый век... нет, даже не век, а тысячелетие. А еще: где мне столько стрел взять? Титановые - давай-ка ты, потаскай с собой? А деревянными только попробуй начать стрелять, сразу чертовы защитники окружающей среды на дыбы встанут. Гринписовцы всякие, международники.
Он помолчал, проверяя остроту лезвия на толстом неровном ногте большого пальца.
- И потом... Поправки на ветер сильнее надо делать, дальность ниже, точность поражения. Нет. Хватит луков.
- А арбалеты? - осведомился святой, вертя в руках открытку-”валентинку”.
- Пробовал, - твердо покачал головой Амур, - не мое. Стрелы еще тяжелее, заряжать дольше. Хотя вот, есть кассетного заряжания... нет, все равно не для меня.
- Знаешь, что? - сказал Валентин. Он порвал открытку на мелкие кусочки, ссыпал их с ладони и стоял, провожая взглядом белые квадратики, уносящиеся по ветру. Амур вопросительно поднял бровь.
- Заведи себе самолет и переходи на бомбометания. Кассетные бомбы, шариковые... Вакуумные. Сразу всех и накроешь, никто не уйдет.
- Смешно, - скривился бог любви, досылая патрон в патронник, - шутник ты, Валентин, хоть и святой. Нам сегодня весь день в паре работать, не забыл?
- Помню, - вздохнул Валентин, машинально тронув дальномер, висящий на поясе, - ну, мое дело маленькое, как у всякого корректировщика. Я только предупреждения рассылаю. Мол, “ты будешь моим Валентином”. Или
Валентиной. Только человек это получил, а тут ты - бах! и точка.
Постарайся все-таки в голову не стрелять. Рассудочная любовь - она, сам знаешь, добром не кончается, да и вообще - абсурд какой-то.
- Привычка с Косова, - проворчал Амур, подгоняя ремень, - ладно, как скажешь. В сердце так в сердце.
- И без контрольного, ладно? - Валентин твердо выдержал обиженный взгляд бога, словно у того отняли любимую игрушку. - Не надо контрольного,
Амур. Мы не киллеры.
- Можно подумать, то, что мы делаем - лучше...
Валентин махнул рукой и отвернулся. Глянул вниз.
- А, вот и первый. Ранняя пташка.
- Ветер? - деловито спросил Амур, приникая глазницей к окуляру прицела.
- Расстояние, угол?
(c) Вадим Шарапов

Терапевт Петров померял у себя давление, пощупал пульс, и на автомате сунул себе в карман сотню...

Горячий прием ждет наших олимпийцев по возвращении на Родину. Скорее всего, большинство из них после встречи с болельщиками будут выступать за паралимпийскую команду.

На международных соревнованиях верблюдов по скоростному бегу всех переплюнул верблюд из Туркменистана.

На соревнованиях по бегу с барьерами:
– Почему золотую медаль получил не №4? Он же первым разорвал финишную ленту.
– Так перед ним же №6 её перепрыгнул.

На заводских соревнованиях по плаванию электрик Сидоров замкнул тройку лидеров

Жили-были два брата-близнеца.
Один все еще был девственник, а второй гулял направо и налево. И вот они решили поженится в один день.
Во время свадьбы брат-гуляка решил пошутить над братом-девственникоми вызвал его на соревнование - кто в первую брачную ночь больше палок кинет, тот и выиграл.
Тот согласился. И вот искушенный брат кидает первую палку.
Ставит на стене палочку, потом кидает вторую и ставит еще одну черточку, с трудом кидает третью палку, ставит на стене отметку и в изнемозжении засыпает. Утром его будит брат и спрашивает сколько, мол, у тебя. Тот с трудом показывает на стену.
Tот видит там три черточки (III) и вздыхает:
- Сто одиннадцать. Ты выиграл. У тебя на четыре больше.

Оказались (после авиакатастрофы) на необитаемом острове Винни-Пух и Пятачок.
– И скучно, и есть нечего… Что делать будем? – спросил Пятачок.
– Стрелять по мишени… "Бегущий кабан", – ответил Винни-Пух.
– Где же мы её найдём?
Винни-Пух берёт винтовку и кричит:
– Бе-ги!

По аэропорту ходит грузин в ожидании своего рейса. Заходит в зал игральных автоматов. Подходит к дисплею и читает: — Называет национальность, возраст и каким рейсом улетает. Грузин монетку бросил, читает: — Грузин, 27 лет, улетает рейсом 700. Изумленный грузин выходит. Переодевается в шикарную даму, вновь подходит к автомату, бросает монетку, читает: — Грузин, 27 лет, улетает рейсом 700. Тогда он переодевается в старика. Узнать невозможно. Еще раз бросает монетку в автомат, читает: — Грузин, 27 лет, если бы дурью не маялся, то улетел бы рейсом 700.

Урок по разборке и сборке автомата. Капитан: — Вопросы есть? — Есть, товарищ капитан. Почему автомат можно собрать и разобрать, а солдата нельзя? — Вопрос ясень, отвечаю. Вот представь себе, Синичкин, что ты себя разобрал и лег спать, а тут боевая тревога. Ты торопясь все собрал, а на место головы приделал жопу. И что получается: шапка не налезает, гимнастерка не застегивается, все орут "ура", а ты?