Где твоя винтовка, Сидоров?- Я ...

Седой офицер ГИБДД сокрушено развел руками:
- Не думал , что доживу до того времени, когда запах спиртового раствора от водителя будет характеризовать здоровый образ жизни…

Амур чистил снайперскую винтовку.
На мускулистых руках под высоко закатанными рукавами пропотевшей линялой рубахи цвета хаки, шевелились жгуты мышц. Уперев приклад винтовки в каблук высокого ботинка, Купидон мерно двигал шомполом. Шшшших. Шшшших.
Святой Валентин с интересом глядел на широченную спину бога любви, мысленно представляя себе, что было бы, если бы в своей работе тот пользовался, например, секирой. Словно почувствовав его взгляд, Амур оглянулся.
- Фух, - сказал он, - жарко сегодня.
- Февраль вроде, - без особого энтузиазма отозвался Валентин, - откуда жара?
Амур заглянул в канал ствола и удовлетворенно сплюнул.
- Февраль, - бормотнул он, - февраль... Работы вагон, вот и жара. По всему миру.
- Ты чего таким старьем пользуешься? - спросил Святой Валентин, разглядывая добела вытертую сталь старенькой “снайперки”. Амур хмыкнул и сдвинул подальше на затылок черный берет со щитом “Wild Geese”.
- А чего? - обиженно сказал он, несколько раз щелкнув затвором. -
Тяжеловата, конечно. Зато надежная. Тульский Мосин, семь шестьдесят два.
Хоть песка в нее насыпь - работает как часы, и хрупких деталей нет, кроме прицела. А возьми какую-нибудь Си-Эф-Ай Лимитед Эдишн АА - хлопот не оберешься...
Валентин поморщился. Он уже успел позабыть, что огнестрельное оружие было для Амура “бзиком”, о винтовках, глушителях и боеприпасах он мог говорить неделями, тем более, что времени у него было хоть отбавляй.
- Или вот Штейр Шарфшутцен Гевер семидесятого года... - доносился до него голос Амура. Валентин поспешно прервал увлекшегося бога любви.
- Лучше бы ты из лука, как в старину, стрелял.
- Из лу-ука... - презрительно протянул Амур. Винтовку он уже оставил в покое, и теперь медленно водил по точильному камню черным лезвием длинного ножа. - Лук, Валя - это прошлый век... нет, даже не век, а тысячелетие. А еще: где мне столько стрел взять? Титановые - давай-ка ты, потаскай с собой? А деревянными только попробуй начать стрелять, сразу чертовы защитники окружающей среды на дыбы встанут. Гринписовцы всякие, международники.
Он помолчал, проверяя остроту лезвия на толстом неровном ногте большого пальца.
- И потом... Поправки на ветер сильнее надо делать, дальность ниже, точность поражения. Нет. Хватит луков.
- А арбалеты? - осведомился святой, вертя в руках открытку-”валентинку”.
- Пробовал, - твердо покачал головой Амур, - не мое. Стрелы еще тяжелее, заряжать дольше. Хотя вот, есть кассетного заряжания... нет, все равно не для меня.
- Знаешь, что? - сказал Валентин. Он порвал открытку на мелкие кусочки, ссыпал их с ладони и стоял, провожая взглядом белые квадратики, уносящиеся по ветру. Амур вопросительно поднял бровь.
- Заведи себе самолет и переходи на бомбометания. Кассетные бомбы, шариковые... Вакуумные. Сразу всех и накроешь, никто не уйдет.
- Смешно, - скривился бог любви, досылая патрон в патронник, - шутник ты, Валентин, хоть и святой. Нам сегодня весь день в паре работать, не забыл?
- Помню, - вздохнул Валентин, машинально тронув дальномер, висящий на поясе, - ну, мое дело маленькое, как у всякого корректировщика. Я только предупреждения рассылаю. Мол, “ты будешь моим Валентином”. Или
Валентиной. Только человек это получил, а тут ты - бах! и точка.
Постарайся все-таки в голову не стрелять. Рассудочная любовь - она, сам знаешь, добром не кончается, да и вообще - абсурд какой-то.
- Привычка с Косова, - проворчал Амур, подгоняя ремень, - ладно, как скажешь. В сердце так в сердце.
- И без контрольного, ладно? - Валентин твердо выдержал обиженный взгляд бога, словно у того отняли любимую игрушку. - Не надо контрольного,
Амур. Мы не киллеры.
- Можно подумать, то, что мы делаем - лучше...
Валентин махнул рукой и отвернулся. Глянул вниз.
- А, вот и первый. Ранняя пташка.
- Ветер? - деловито спросил Амур, приникая глазницей к окуляру прицела.
- Расстояние, угол?
(c) Вадим Шарапов

Только взяв ипотеку, Дима Сидоров понял, что врождённые три почки - это не проблема, а дар божий.

- Прапорщик Сидоров, я уже в третий раз застаю вас в обществе моей жены без трусов!
- Так точно, товарищ полковник. Майор говорит, что их нет на складе.

Пациент дурдома новому врачу:
- Я абсолютно здоров. Запихали меня сюда, потому что я отрицаю религию. А верю лишь в человеческий разум. В величайших и гениальнейших его представителей: Ньютона, Эйнштейна, Сидорова...
- Сидоров!? Кто это?
- Это я.

В Доме офицеров идёт лекция о семье и браке.
- По результатам социологических исследований, на первом месте по количеству супружеских измен стоят актёры, на втором - спортсмены, а на третьем - офицеры…
С места поднимается офицер:
- Это клевета! Это шельмование армии! Я вот женат сорок лет, и за эти сорок лет ни разу жене не изменил.
Генерал из президиума:
- Вот из-за таких раздолбаев мы и плетёмся на третьем месте.

- Так, Сидоров. Объясни педсовету, почему ты украл скелет из кабинета биологии и бросил его в лю в столовой?
- Я хотел, чтобы суп наваристей был!
- Суп-то вкусный получился, я не спорю, но у нас же повара теперь седые!

Таможенник девушке:
- Фамилия, имя, отчество?
- Сидорова Ольга Сергеевна.
- Пол?
- А по мне непонятно, да?
- Я тут туристов из Таиланда оформлял, путаться начал.

Купив тур в Таиланд, Люся Сидорова попробовала там жареных кузнечиков.
После этого тараканы в её голове притихли и стали ласковыми и вежливыми...

В больнице звонит телефон…
– Доброе утро, я хотел бы справиться о здоровье больного Сидорова из шестой палаты.
– Минуточку, – отвечает дежурная медсестра, – я посмотрю в его карточке. Вот, нашла, перелом хорошо срастается, послезавтра снимем гипс, а в пятницу снимем швы.
– Есть ли надобность в дальнейшем послеоперационном наблюдении?
– Да, надо будет две-три недели походить на ультразвуковые процедуры.
– И когда его выпишут из больницы?
– В эту пятницу. Вы кто, родственник Сидорова?
– Нет, я сам Сидоров и есть, но мне в этой гр*баной больнице никто ничего не говорит!