Глухая белорусская деревня. Три бра...

Кащей Бессмертный приходит к Бабе Яге.
- Ну что, бабуля, может, на дискотеку сходим ?
Она подходит к зеркалу.
- Не для тебя, дурака, красная ягодка росла.

Сегодня ночью почувствовала себя бабулей... Вызвала наряд милиции чтобы разогнать молодежь, орущую под гитары песни в том дворе, где еще 15-20 лет назад делала тоже самое...старость не радость...

Разговор автомобилистов:
- У меня в машине на счастье иконка приделана.
- А у меня такой пупсик на присоске на стекле болтается.
- Ну вы дятлы! У меня на счастье тормоза и подушки безопасности.

Если вам дорогу перебежала чёрная кошка, а потом чёрная мышка, а потом чёрная Жучка, а за ними чёрная внучка с чёрной бабкой — значит дед вытянул не репку, а высоковольтный кабель.

Дед-ветеран едет за рулем 412 Москвича. Справа его пытается подрезать байкер в немецкой каске. Дед резко выворачивает руль вправо. Байкер улетает в кювет. Дед с улыбкой говорит бабке:
– Точно как в 43-м под Сталинградом!

Маленькая девочка спрашивает у старшего брата:
- Что такое любовь?
- Это когда ты каждый день воруешь у меня из портфеля шоколадку, а я ежедневно кладу туда новую.

Приходит мужик к урологу:
– Доктор, у меня посинел.
Врач смотрит и говорит:
– Надо ампутировать.
Мужик оф*гел и пошел к знахарке. Пришел:
– Бабушка, помогите, не хочу, чтобы отрезали.
Бабка посмотрела и говорит:
– Милок, да у тебя же трусы линяют!

Родительский день в пионерском лагере. Маленькая девочка в розовеньком платьице жалобно просит:
– Деда, забери меня отсюда.
Дед (в майке-борцовке, шортах и с многочисленными наколками):
– Внученька, лагерь есть лагерь. Срок надо отбыть полностью.

Лежат в реанимации трое. Один с инсультом, а двое с инфарктом. Заводится разговор кто и почему здесь:
– Да я вот в магазине работаю, только товар налево, а тут налоговая, вот и прикинулся. А ты?
– А я зав. базой. Тоже товар туда–сюда, налоговая, вот и здесь отлеживаюсь.
А с инсультом совсем никакой. Его спрашивают:
– А ты где работаешь?
– Гробовщиком.
– Ну и что?
– Вы не представляете… Несут гроб, черный, лакированный, штук 5–7 баксов, а в нём – лежит в костюме от кутюр, пальцы – все в болтах, зубы – все золотые, шея – в цепях. День не сплю, второй, третий. На четвертый решился. Откапываю, поднимаю крышку гроба, а он с*ка, улыбается всеми 32–мя зубами, и говорит – "контрольное захоронение".

Лист, который не упал осенью, предатель в глазах своих сестер и братьев, верен в глазах дерева и мятежник в глазах времён года... Все видят ситуацию со своей стороны.