Мам, дай денег на ноут.- Нет! Ден...

Штирлиц наслюнявил карандаш и вывел на бумаге:
- Здравствуй, Оксана!
"Нет,- подумал разведчик,- не так". Он тут же смял бумажку и съел.
- Здравствуй, Юля!
"Опять не то",- подумал Штирлиц, съедая вторую бумажку.
- Здравствуй, Ира!
"Черт, совсем память отшибло - как же ее звали? - Штирлиц съел и эту бумажку.- Ну вот, по крайней мере, теперь я сыт".
- Вы знаете,- сказал Штирлиц связному,- рисковать не будем. Передайте моей жене все на словах. Скажите, мол, я люблю ее, жду-недождусь встречи с ней, ну, и все такое прочее...

На шоу "Я" впервые появилась мать детей Филиппа Киркорова.
Но кто отец? Главная интрига сохраняется.

- Хочу обрадовать тебя, Катюша, - обращается отец к дочери. - Андрей попросил у меня твоей руки.
- Да, но мне так не хочется разлучаться с мамой...
- И не надо, радость моя! Возьми её с собой!

Объявление:
"Деньги по факсу пpосьба не пpисылать - он у нас чеpно-белый"

Америка. Бар.
За столом сидят: китаец, мексиканец и коренной янки и ведут разговор.
А бармен-индеец подносит им напитки.
Китаец:
- Мие тат тяджела работить, а денег мало плучать. Детка многа, кусать хоцать.
Мексиканец:
- Да и мне не сладко. Горбачусь днем, а вечером прячусь как нелегал от полиции.
Янки:
- Да, мать вашу, я бы всех некоренных американцев давно бы услал подальше из Америки, мать их...
Тут в разговор встревает индеец-бармен:
- Хорошо! Я помогу собрать ваши вещи, сэр!

- Мама, а если у жирафа есть рога, значит он олень?
- Сынок, на папу посмотри, рога есть, а он все равно осел!

– Мам, а у тебя компьютер в детстве был?
– Нет.
– А дивиди?
– Нет!
– А сотовый?
– Нет.
– Мам, а ты динозавров видела?!

Продам готовый бизнес:
Место у метро, коробка для денег, гитара.

- Как ты умудрился так напиться вчера?
- Нечем было закусывать.
- Что, денег не хватило на закуску?
- Да не, зубы повыбивали.

Подул ветер, хлынул дождь, сверкнула молния, две женщины с корзинами спрятались под деревом:
- Люська, что ты на фотографию свекрови смотришь и зачем вообще ты ее взяла?
- Дождь, ветер, холод, а посмотрю на нее, господи, как хорошо здесь!